Мираж ночи
Редко когда люди, считаються с другими.
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

Мираж ночиПерейти на страницу: 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | следующуюСледующая »


суббота, 15 сентября 2018 г.
Тест: {Bnha}Jealousy! Второй Япония, Токио, Съемная квартира, ночь... Эйринес Камуи 18:31:58
­Тест: {Bnha}Jealousy!
Второй


­­
Япония, Токио,
Съемная квартира, ночь раскола.
За 1.5 года, 8.3 месяцев,( 3 недели),
1 день, 7 часов, 2 минуты,
7 секунд, тройку... пару...
долей до конца.


- Ты можешь со мной поговорить?- парень обнял девушку, прижимаясь к ней ближе.
- О чем? Я уже сказала тебе все, что хотела,- она бросила усталый взгляд на чемоданы, которые, будучи собранными, стояли у входа. Она собралась за несколько минут, будто давно этого ждала, будто это норма, что она уходит вот так, полная отчаяния, ненависти, с обреченным взглядом и опущенными руками. Дорожки слез высохли, оставляя только приятную горькость внутри тела, усталость на ресницах, а веки все хотели соединиться. Искусанные покрасневшие губы замерли поджатыми. Грудь уже не дергалась так нервно, она спокойно вздымалась, пытаясь расслабиться.
- Почему и куда ты уезжаешь? Может, расскажешь?- Шото тогда точно ничего не понимал, особенно того, как его любимая реагирует на просьбу поделиться своими переживаниями. Она молчала, не собираясь говорить что-либо, даже не посмотрела в ответ, только сидела, набрав в рот воды, а та, в свою очередь, застряла комом в горле? звенящая тишина так и продолжила откликаться эхом не пролитых слов. Ее гнет давил на уши, шею, уставшие плечи. Девушка скользнула из путы чужих рук, поднялась и вышла из комнаты,- Если тебе не надо мне об этом говорить, тогда и ехать не нужно.
- Шото! Это по делу о злодеях, я не могу выдать информацию!- прикрикнула она, наконец, сразу же смягчившись после,- Прости... я обещаю, все будет в порядке, когда я вернусь.
В последнее время по новостям только и крутили то, что преступность вновь стала организованной, прямо как во времен лиги. Изуку, будучи новым символом мира, был очень обеспокоен происходящим, он знал все в подробностях. Кажется, они готовили нечто грандиозное. Все в той же больнице, в которую попала однажды девчушка, проводились несколько секретных проектов. Один из них - контроль через силовые точки, это были башни, как те, что проводили электричество, чем же они отличались? Они проводили сигналы, влияющие на человеческий мозг, заставляя видеть видения, сны на ходу, галлюцинации были настолько убедительными, что каждый подопытный был точно уверен в том, что это истина. В конце концов управление проектом решило вселить в голову идею, что каждый из участников эксперимента( кроме тебя, конечно) жестокий маньяк, все остальное время он претворялся хорошим, а теперь надо убить его раньше. В итоге испытания вышли из-под контроля, все сошли с ума, перерезав в больнице всех и каждого, за исключением девочки и какого-то мужчины, которого позже прозвали Пятном. Он испытал столько боли, что хотел умереть, но от руки истинного героя, ведь все остальные, все, кто держал агенства, все спонсировали эту благотворительную организацию, она не скрывает своих благодетелей, иначе, откуда у нее деньги. Особенно богат был герой(пират) Старатель. Он так мечтал сделать идеального героя, что у него появился Шото. Старший Тодороки знал, чем занимаются люди в той больнице, более того, поощрял финансовой поддержкой.
Но что если поверженным злодеям станет доступна информация о том, как сделать такие сводящие с ума башни, что вообще подходят все электрические столбы, способные передавать информацию, через волны или провода. Можно убедить весь мир в том, кого надо убить, и в том, кому поклоняться. Старатель не раз намекал о своей второй личине, а девушка давно догадалась, она только никак не могла разобраться, что планирует сделать герой в отставке? Он радушно поделился разработками со злодеями, те, в свою очередь, стали тихо и оперативно готовиться. Девушка, украв некоторые документы из рабочего стола старшего Тодороки, более не могла оставаться там, ей надо было вернуться в самое страшное место, где она и начала свой путь.

Сбежав поздней ночью из дома, пока Шото спал, леди направилась на тайную встречу с Пятном - они долго договаривались об этом свидании и, наконец, это случилось в доках старого причала. Грязная, плохо пахнущая вода прибивала к берегу мусор и склизкий ил, в старых рыболовнух сетях {censored} какой-то газировки, в которых уже давно поселились черви и улитки, сигаретные бычки, этикетки, прочая дрянь. Ветер разносил запах нечастот, вирусы и сам яд этого места. У прогнивших черных досок последнего уцелевшего от ударов времени причала стояла лодка, которая была готова отправиться к кораблю в любой момент. Впрочем, обстановка не имела значения. Все потому, что брюнет сам был заключенным той больницы. Они оба искали этой долгожданной встречи. Время поджимало, а, значит, он более не мог убивать, в надежде умереть от руки истинного героя, пытаясь упокоить свою истерзанную, как одежду, душу, она более не могла убегать, стараясь безуспешно забыть всю эту историю, свершившуюся в госпитале. То, что Убийца Героев тоже являлся в прошлом подопытным можно было понять по многим причинам. Он не был суицидником, но каждую секунду стремился покинуть этот мир, в его сердце таились страх, ненависть, трепетное желание мести, но не было, нет, не шанса к любви, нежности и пониманию, но пустота, туман, в котором терялась его личность, он, как и девушка, был отблеском человека, который умер тогда. По некоторым новодящим словам, которые произносил Пятно, когда появлялся перед учениками академии вновь и вновь, леди поняла, кто он такой, что довелось пережить этой истерзанной душе. Видя решимость злодея в его первое появление, она поняла, что предаст свет однажды, что с героями та до поры до времени, что обмануть себя не получиться, что настанет пора и даже любовь, которая так тепло смотрит на тогда студентку разномастными глазами, придется оставить, потому что нет ничего более святого и важного, чем долго, что даже отношениями с Шото, чувства, что их связывали и будут связывать всегда, падут жертвой на алтарь справедливости, спокойного завтрашнего дня. Это знал злодей, предпочитавший не связывать себя ни с кем, это знала девушка, которой не хватило смелости объяснить всю ситуацию самому дорогому человеку в своей жизни. Ошиблась. {Имя} поняла это сразу, как они столкнулись впервые. Сейчас, стоя напротив этого опасного человека, юная героиня молчала, вникая в план захвата, а далее - жестокой и беспощадной мести. Она даже не сказала двуликому пары слов на прощание, хоть тот спал. Знала, что может не вернуться и все же... не посчитала нужным прощаться, ведь надеялась, что сможет вернуться.

Лодка отчалила. Они обе гребли. Когда суденышко оказалось достаточно далеко от берега и оба ничем не рисковали, заводя мотор, Пятно стал рулевым маршрута. Они добрались до корабля, оттуда, торопясь, покинули ночной горизонт островных берегов Японии, направляясь в Америку. Всю дорогу оба молчали. И хотя их везла команда из восьми опытных мореходов, настроение, желание поговорить которых разговорило бы даже самых настойчивых молчунов, судно шло, воды в рот набравши. Живой груз команды - безумно ценен, и он отправляется в последний путь. Откуда это знал экипаж? Все просто. Капитан, старый моряк,{Имя} давно готовилась к этой операции и искала доверенных лиц, которые не будут задавать множество вопросов. А эти, кажется, стажеровали Асуи. Бывшие Герои. Один, если быть точным. Когда капитан сошел на берег, по состоянию здоровья, жизнь стала предсказуемой, скучной. тогда в жизни седого капитана и появилась она, та, что предложила опасную авантюру. Вот почему каждому на борту можно было доверять, как себе, вот почему они молчали, хмуро смотря в пол, даже за последним, праздничным ужином. Убийца Героев сошел в такой же портик вместе со своей спутницей, а капитан, махнув им рукой на прощание, развернул лодку, после чего направился назад. По липовым документам в ближайшем городе парочка арендовала машину Ford, старую модель сего-голубого цвета, из тех, которые может себе позволить женщина с малым карьерным ростом, живущая в съемной квартире, ей сорок и каждые выходные она ездит веселиться со старыми подругами, как и двадцать лет назад, а по носам есть мороженное и не понимает, почему так одинока. Добравшись до первого крупного города, коим оказался Сиэтл. В нем находился большой удобный аэропорт, где, пока мужчина подтверждал электронные билеты, юная красавица взяла себе теплого кофе. Их полет перенесли на самый ближайший рейс в Денвер, штат Колорадо. там парочка была уже совсем близко и впервые за эти три дня позволила себе отдохнуть, все потому что далее их ждало самое тяжелое, набраться сил стало необходимостью. Они сняли номер на одну ночь в отеле за городом. Поели плотно вместе, Пятно уснул, а девушка вышла на улицу, затягиваясь купленной в придорожном магазине Мальборо. Она не курила, обычно. Только когда сильно нервничала и теперь. на породе своей смерти, решила себе такое удовольствие позволить. Девушка ненадолго включила телефон, чтобы на всякий случай отправить таки прощальное письмо двуликому, сказать, что любит его, что хотела как лучше, что постарается вернуться. Когда экран мобильного включился, пришло несколько служебных оповещений и пара голосовых. Не надо было смотреть, чтобы точно знать, от кого это. Леди улыбнулась, открывая их совместный чат. Все в сердечках, которые отправляла она, когда хотела сказать "люблю" или "спасибо", или "до встречи", или в любой другой раз. Шото не нравилось отправлять смайлики, стикеры или эмоджи, поэтому он пользовался словами, писал словами все то, что леди заменяла красным сердечком. Вот и сейчас ему было проще записать голосовое, ведь позвонить в любом случае он не мог... Девушка нажала пальчиком на кнопку со стрелочкой, дабы запись начала проигрываться, а из трубки полился теплый, заботливый, родной голос. "Не спишь?",- шумный вздох:"Глупо такое спрашивать, прости... Как ты? Мы давно не виделись, ты совсем не выходишь на связь, молчишь, а, судя по тому, что ты сказала, что задание важное... Я волнуюсь, {Имя}, очень. Буду надеяться, что ты добралась, и у тебя все хорошо. Пожалуйста, пришли мне какую-нибудь весточку, я люблю тебя". Уголки губ леди плавно поднялись вверх. Спустя день появилась новая запись. И вновь зазвучал голос двуликого: "Я соскучился по тебе. Ты же... ты же знаешь, как я переживаю. Обещаю, что когда ты вернешься, я заставлю тебя все рассказать, а ещё возьму выходной, и мне все равно на твои планы, мы проведем его вместе, понятно?",- интонация, с которой была высказана эта любовная угроза, заставила девушку хихикнуть в кулак, но запись продолжила воспроизведение:"Мн­е сказали, что я рассредоточен. Не могу думать ни о чем, кроме тебя. Возвращайся ко мне по скорее. Я люблю тебя",- вообще парень упускал возможность сказать что-то настолько трепетное, ранимое, но, судя по тому, как развиваются события, двуликий взволнован, сильно. Может, он чувствует приближающуюся бурю? Девушка нажала на запись и сказала несколько слов о том, что не стоит волноваться, что добралась хорошо, задание идет так, как надо, по плану, что собирается домой к своему любимому. О том, с кем она, где, что собирается делать, конечно же, промолчала, как и о том, что все будет хорошо, не посчитав это нужным, обязательным или допустимым. После, положив телефон в карман, не выключая его, зашла в номер, улеглась на кровать, так как кресло взял брюнет и выспалась. Уставшие, они спали как в последний раз, до полудня, потом поели и уснули снова нагоняя свою бодрость. Далее сдали номер, последний раз поели, это был ужин, расплатились, взяли машину, которую можно испачкать в грязи, что-то вроде внедорожника и направились напрямую. {Имя} включила музыку, чтобы та звучала на фоне.
- Зачем это?- произнес пятно, севший за руль.
- Дополнительная помощь в обнаружении. В здании на радиусе мили стоит глушитель. Так что, как только связь пропадет, можно будет с уверенностью сказать, что мы совсем близко. К тому же, мы не знаем, насколько сами аппараты в рабочем состоянии. Так что стоит вопрос о легкости и сложности выполнения нашего задания. И еще, мне наплевать, я восстановлюсь, но вот ты лучше возьми это,- протянула врачебную маску,- не уверена, есть ли там живые, а если есть, в своем ли они уме. Там бушует вирус, ты помнишь, в каком состоянии были пациенты? Дело не только в том, что они уродовали себя или друг друга, как я поняла, там повсюду бушует вирус, который делает с людьми, их кожей то же самое, что и бубонная чума, так что лучше не рискуй, да, это плохая защита, ведь тебе нужно будет слизывать кровь с живых целей, о все таки это лучше, чем ничего.
Мужчина нехотя принял стирильную маску. Итак, план состоял в том, чтобы убить все, что движется, уничтожить документы, позволяющие воспользоваться опытами прошлого, достижениями в биооружии, разрушить подземный комплекс, сжечь само здание госпиталя, разрушить вышку, с которой начинается сигнал.
Чтож, как и говорила леди, сигнал резко оборвался, а вместо него стали слышны сплошные помехи. Далее они подьехали к больнице, был уже закат, словно все начинается вновь. Они думали, были уверены, что умрут где-то в другом месте, сделают все, переживут любые мучения, лишь бы не возвращаться сюда более никогда. Они смогли открыть дверь и к ужасу заметили, что повсюду был отвратительный затхлый запах, что никаких трупов, только кости, мясо на которых уже давным давно сгнило. Нет массовки? Очень хорошо. Обыскав все вместе, не отставая ни на шаг, следя за всеми входами и выходами, парочка людей осмотрела все уголки, собирая в мусорный пакет все листки, все бумаги и документы на всех этажах. Когда в тар тарары отправились все исследования общественной корпорации, вместе со зданием, настало время спускаться вниз. Пожаром, который безвозвратно поедал всю информацию о исследованиях, ученые и военные, единственные живые люди, которые находились в горе, были оповещены о нежданных гостях.
Пятно вышел из лифта первым. Он боялся до первого выстрела, а потом, словно яростный зверь, начал убивать направо и налево, избавляясь от всех, девушка же занялась уничтожением любых средств связи, дабы никто, до полной их победы не успел попросить о помощи, сигнал SOS был бы совсем не кстати. Телефоны, компьютеры, ноутбуки, даже радио, все, по чистую. Яростные крики превращались в мольбы о помощи, а затем таяли, перекрываясь другим. С большинством все кончено, осталось лишь самое неприятное. Главный ученый, тот самый врач, что считался мертвым, будучи до сих пор живым, спрятался в своей комнатке, куда не проник бы никто и никогда, даже если все здание выше обрушиться, он будет жить, его лишь немного потрясет. Вызвал подмогу. {censored}, те скоро появятся, времени нет, к тому же, неприятная неожиданность, все это время они занимались разработкой того самого оружия, подопытными кроликами которого были Убийwа Героев и {Имя}.
-... Вам не понять. Наука хочет сделать наш непростой мир лучше, проще и удобнее.
- И поэтому ты ее в таких извращенных целях используешь?! Псих! Все, что тебя интересует - деньги! Никакой ты не ученый, а совершенно обычный бюрократ, заслуга того, что ты жив держится на том, что ты, как червь, зарылся в земле, а твою кровь от СПИДа отчистил твой же подопытный! Ты не являешься и не будешь никогда великим, ты просто урод, ты всегда будешь оставаться разбитым мальчиком у своего разбитого корыта, плагиатор, все твои идеи - воровство. Но я сделаю тебе одолжение,-
говорила девушка, держать из последних сил,- И никто не узнает о том, что ты жил так долго, не узнает и, почему, не узнает ничего о исследованиях и достижениях этих,- выделила это слово, показывая на трупы убитых,- людей. Никто вообще не узнает, что тут с тобой случилось. Твоя группа поддержки не успеет к твоей же казни, жаль,- улыбнулась она. Девушка ушла в комнату, которая, судя по всему, служила кафетерием, куда Пятно скидал все трупы и найденные документы, а затем медленно, с особым трепетом подожгла., пока брюнет складывал пиротехнику в других комнатах, когда огонь распространится, весь этаж взлетит на воздух и перемешается с горой. Они увлеклись. Это была ошибка. Ученый успел воззвать к своему любимому успешному номеру 59836437BDF731OW2Q4­284675MBAS. Оно не было человеком, хоть и выглядело так же. Видеть его не мог никто, а его истинное тело находилось в закрытой капсуле так что управлять им через кровь с помощью причуды злодея не выйдет. Впрочем, в первую очередь непонятное существо хотело с особой жестокостью наказать дерзость девчонки, ведь, судя по всему, оно подчинялось этому больному {censored}. Она не могла его увидеть, он рвал ей пальцы, выдавливал глаза, а ей приходилось вяло или бурно сопротивляться, зависит от силы причиняемых страданий. Но всякий раз она злилась сильнее и пыталась выбить то крепкое стекло, которое отделяло ее от того человека, который уже давно должен был умереть, нет, он не должен был рождаться. Будь проклят он и весь его род. Худые плотно сжатые губы старика расплылись в ухмылке, большего его парализованное тело не могло себе позволить без риска телу, но в тот момент он ликовал, зная, что Убийца Героев не сможет ничего сделать со стеклом и просто ждет своей очереди, когда инвалид насытиться зрелищем. Он упускал возможность того, что брюнет, долго собиравший ведения, знал, как уничтожить этот антинаучный проект. И, пока {Имя} отвлекала внимание, он вырубил электричество из резервной станции, разрушил к чертям исследовательский центр, закрутился, как юла, разнося в щепки каждый миллиметр комнаты с подопытным. Существо заволновалось за свою жизнь, ощущая себя более не так уверенно на своих позициях. Помчавшись к источнику проблем, он узрел, как Пятно выключает аппарат жизнеобеспечения. Завязалась драка. Существо стремительно погибало, но все еще оставалось яростным и невидимым для человеческого глаза, брюнет был опытным, он прислушивался ко всякому . {censored} против холодной мести. Достаточно было продержаться определенное время, однако и это не так-то просто. 59836...AS кидался на Убийцу Героев, подкидывал его, как мешок с костями, рвал ему внутренности, затем, уверяя себя в том, что с этого человека более ничего не взять, кинулся к панели управления, дабы спасти себя, становясь более плотным, дабы нажать нужные кнопки, видя, как время утекает, а вместе с ним - жизнь. Ведомый праведным гневом, Пятно собирает оставшиеся силы, уже не понимая, что происходит, хромая, истекая кровью кинулся к существу, отталкивая его, ложась сверху, прижимая того к полу, существо вырывается, находясь в таком же положении, становиться жарко ведь огонь в кафетерии распространяется и уже заполнил коридор. Доктор понял план этой парочки и включил аварийную сигнализацию, полилась вода, но поздно, раздается первый взрыв, затем ещё и ещё. Стену в кабинет доктора выламывает, из-за чего старик отодвигается куда-то к углу, кидая один напуганный взгляд за стекло, где только что была леди, она уже все поняла, и ей не нужно второго приглашения. Она бы долго развлекалась с ним, но все таки обрубила его жизнь лишь немного помучив, по мелочи, содрав кожу с пяток, да ногти вырвав. Это ничто, по сравнению с тем, как этот подонок обходился с больными и нуждающимися пациентами. Последнее, что она сказал ему,- Встретимся в аду.- Затем она судорожно кинула его тело вместе с коляской в огонь, туда же отправились документы, бумаги, его переломанный и изрубленный компьютер, телефон, стационарный - тоже. девушка взяла ноутбук, мало ли, в нем может быть аккаунт на стороннем, резервном сервисе. Взяв его, она убежала от линии пламени. В комнате, где находился сосуд с монстром было все так, словно торнадо прошлось. Повсюду вода, приближалось пламя, пульты управления и инкубатор - вдребезги, а на полу, чувствуя капли успокающего "дождя", лежал злодей. Девушка подбежала к нему.
- Стой! Не уходи! Пятно! Ты мне нужен! Ты слышишь меня?! Еще... {censored}, это самое главное! Ты не можешь уйти сейчас!- говорила она, смотря на то, как холодное, изранненное тело покидала жизнь. Он посмотрел на нее. Это был взгляд, выбивший почву из под ног, те казались юной героине ватными, выбилось сдавленное рыдание, а слезы катились из глаз. Он, израненный, измученный своей судьбой, убийца героев, не прощающий, убивающий без жалости, не имеющий прав на чувства сейчас был таким светлым, видимо, перед смертью перед глазами скользит весь мир, а человек выбирает, когда был счастливее всего. Мальчик с темными волосами. Переходя в мир иной стал сорванцом лет шести, надел любимую соломенную шляпу, жара, лето, прохладная чистая речка и теплые, сухие, жилистые руки бабушки, которая целует его и забирает куда-то с собой. Леди поняла это, ведь они были так походи.
Она аккуратно положила его тело, а вода в резервном баке кончилась, так что осталось только дождаться, когда и это место растает. {Имя} подправила шарф и почувствовала странную округлость в груди убитого душегуба. Там оказался внутренний карман, а, если быть точным, ещё одна взрывчатка, которую он хранил у себя на крайний случай, дабы подорваться, а врага уничтожить. Вытерев слезы и улыбнувшись тому, что ее, нельзя сказать "друг", но компаньон покинул землю, а все продолжал нести свой долго. Леди огляделась, вспоминая в голове карту, чтобы сообразить, как выбраться наружу, чтобы спастись, разрушить башню, а главное - куда положить динамит. Она была на пути наверх, когда внизу раздался взрыв, все опалило яркое пламя, про больницу можно было забыть, а, значит, башней никто не мог управлять более. С помощью своей причуды девушка уничтожила башню, а, вместе с ней и программу.

Япония, Токио,
Офис Старателя.
За 1 год, 3.1 месяца,(1 неделю),
0 дней, 2 часа, 1 минуту,
13 секунд до конца.


Единственное, что не предусмотрела тогда {Имя} - огласка. Никак не могла ожидать, что заинтересованный во всей этой ситуации и резком спаде преступности, непонятной внезапной отлучки невесты своего сына, строптивой девчонки Старатель начнет копать. Лига скрылась, явно накапливая силы, но откуда у них вообще взялась еще одна мотивация? Ведь они уже были разгромлены, да и прямо под носом у Изуку - нового величайшего героя современности, Символа Мира. Да, храбрости и отчаяния им не занимать, но они вели себя через-чур уверенно. У них явно было что-то...
Герой, бывший и номером два и номером один, а, а данный момент в отставке, но ведущий свой бизнес, а, значит, имевший доступ и связи, которых хватило бы, чтобы выйти сначала на других героев в отставке, узнать номера, названия судна, затем экипаж, а после и заставить говорить о особых гостях, это привело мужчину сначала в Сиэтл, а затем, идя по пятам за парочкой пациентов. Он был вне себя от возмущения. Далее уже младший Тодороки помнит, как все завертелось. Новость о ее беременность, утечка информации, их общее счастье, предатель в рядах организации, поздравления, первые тайные убийства, новые дела, явно сшитые белыми нитками, общественность узнала о происходящем в клинике, округлый животик, улыбка, которая начала таясь в памяти двуликого, появившиеся родители его любимой, долгожданное примирение, покой, слезы счастья, активная Лига Злодеев, переполненные событиями новостные ленты, праведный гнев жертв больницы, их родственников, которые становились яростью, лодка раскачена, дезинформация, деньги общественной организации и вся эта история перевернулась с ног на голову.
В результате {Имя} стала козлом отпущения. Она придумала всю эту историю, чтобы подставить сына Старателя, получить власть, деньги и расположение других. Такой больницы нет, она сгорела не недавно, а еще в 2014 году, там действительно пострадали люди, но девушка не в своем уме, все это было простым пожаром, а леди, находясь под курсом лечения сильных психотропных средств сама начала этот пожар и надо спросить с нее, зачем девочка подожгла сухие старые колонны деревянного корпуса. Нашлись неожиданно выжившие свидетели, разумеется, куда без них. {Имя} пришлось бежать, она знала, что эти люди не остановятся не перед чем, лишь бы уничтожить леди, превратить ее имя, память и возможности в пустой звук. Она даже не предупредила Шото. Люди в черном пришли на съемную квартиру с обыском рано, около семи утра. Но девушки уже и след простыл. Парень уже подарил ей медальон с их фотографиями, на замочке, так мило и старомодно, она тогда тепло посмотрела на него, и они поцеловались. Когда люди ушли, он заметил его на себе, там было написаны дата и время. Какой-то безлюдный паб, живой звук, леди знала, что там собираются старики, хорошие музыканты, она не раз приходила туда, каждый раз являясь единственным слушателем. Сейчас Шото ждал ее в этом подвальчике, она пришла туда в красивом черном костюме, классика, которая так ей шла и подчеркивала все ее женские достоинства, не переходя в пошлость. Она улыбнулась, целуя его в щеку.

Япония, Токио,
Паб "Закат империи", вечер,
Асакуса, торговый центр №2
в стране восходящего солнца
За 0 лет, 8 месяцев,(0 неделю),
17 дней, 3 часа, 0 минут,
28 секунд до конца.


- Малышу нельзя так волноваться... Я уже на четвертом месяце... Знаешь, думаю, что пройдет еще столько же времени и ребенка надо будет поместить в инкубатор,- увидев непонимающий взгляд со стороны Шото, который в последнее время вообще часто ее не понимал, она улыбнулась. Нет, он не поверил в эту липовую историю, он любил только одну девушку на свете, и будет любить лишь одну всегда, она, такая дорогая, такая любимая, не соврет, а, даже если врет, то в ее варианте этой мутной истории больше правды, чем в той, что предлагают СМИ. Он простил ей то, что она пропала, понимал, что это все - необходимость, понимал, что ее запомнят как больную женщину, которая, к тому же, еще и алчная, злая убийца, словом, ее образ изуродован в предрассудках, но только не для двуликого. Он слишком сильно любил ее, слишком хорошо знал, она помогла ему стать сильнее, найти себя, он жил ей, дышал ей, существовал ради нее. Парень даже попросил ее, когда она вернулась и пообещала, что больше никуда не денется: "Пожалуйста, будь моим смыслом". Леди не знала, что ответить, тогда Тодороки прошелся большим пальцем по ее щеке, убирая несколько непослушных волосков, затем, нагнувшись, поцеловал ее, медленно, настойчиво, с трепетом, словно ни разу не делал этого. Тогда впервые за долгое время она позволила себе быть собой, быть слабой, и даже заплакать, наконец.- Понимаешь,- продолжала она,- теперь они не отпустят меня в могилу вовремя, нет, ни за что. Я поняла, что лишилась силы, она перешла ребенку, так что,- глубоко вздохнув, она положила ладошку на живот,- поэтому я обычный человек, моя сила медленно утекает,а, значит, они убьют меня. Доказательств в том, что я получила силу из пробирки, больше нет. Никто не мог знать, что так получиться,- она снова тепло улыбнулась,- а ведь теперь она передается, как самая обычная причуда.
- Почти,-
впервые за долгое время вмешался Шото.
- Да, почти,- кивнула,- Ему ничего не будет угрожать, но, если я хочу скрыться, то это станет большой проблемой, понимаешь?
-...- Он понимал. Но ничего не мог с собой поделать. Желания разрушать свою семью? Нет, уж увольте. Тогда Шото разрывало надвое: с одной стороны, она права, девушка предоставляла факты, доказательства, хоть сомнительные, да даже если и на словах, все они были в одной и той же последовательности,­ никаких пауз, она понимала, о чем говорила, а потому просто не могла запутаться во лжи, ведь душой не кривила, поддержать ее - правильное решение, пусть даже весь мир против, это не важно, но с другой, хоть двуликий и понимал, как он должен поступить, решиться на такое - безумие чистой воды, так не хотелось, Тодороки элементарно устал всегда делать то, что правильно и, порой, ему откровенно надоедало искать компромиссы, ему просто хотелось делать то, что потешит его самолюбие. Да, она герой, да, она сильная, да, она права и пылает праведным гневом, но это все еще его женщина, если бы это помогло, Шото сказал бы, как она больна, если бы это не было предательством, он бы упек ее для вида на пару месяцев в госпиталь, где уже лежала его мама когда-то, если бы это не было насилием над ее памятью и психикой, если бы это не лишило ее слова веса, если бы только она могла остаться после этого героем, сын старателя клялся сам себе, он бы это сделал, как бы жестоко это не выглядело, это пошло бы всем им на благо, ведь надо было остудить ум, подумать, немного времени. Да что греха таить? Тодороки отказался бы и от своей работы, если бы они отреклись от своего труда, если могли найти другое занятие, уехать куда-нибудь в Италию, она бы выращивала цветы, а он потратил бы время и научился вкусно готовить, стать тише воды и ниже травы, быть лишь фоном событий, забытым, появляться и у друзей, и у врагов только в воспоминаниях, чтобы ни одна беда не коснулась их счастья, Шото с удовольствием бы отказался от всего, усадил ее в больницу, несколько скандальных выпусков в газетах, и уже две брони на авиабилеты. Чувства негодования переполняли его, поэтому, так и не научившись говорить, используя точные слова, двуликий предпочитал красноречиво молчать. Но они герои. Оба. И в мире есть вещи, ради которых приходиться жертвовать любовью, даже такой, одна из них - долг. Поэтому, тяжело выдохнув, опустил голову. Собирая всю свою волю в кулак, задержал дыхание, в голове вдруг возникла сильная тревога, с физической болью она заполняла каждую клетку, сердце заколотилось как свинцовый молот, даже волосы по всему телу вставали дыбом, словно, согласись сейчас на это, произойдет что-то ужасное, двуликий словно стоял у черты, перейдя своим подтверждением через которую, парень обрубит важные концы назад, те концы, по которым можно было бы вернуться, найти обходные пути, после руки сжались в кулаки, и он кивнул, выдыхая, словно падая в пропасть. Любимая улыбнулась ему самой теплой улыбкой из возможных и слабо приподняла его хмурое лицо, из-за чего взгляды, наконец, встретились. Черты бровей Шото стали мягкими, губы сами расплылись в еле заметной улыбке, он потянулся вперед и их губы соприкоснулись. Давно ли тут живой звук? С Самого начала? Не имеет значения. Он прикрыл глаза, медленно приподнимаясь, нехотя разрывая поцелуй, после чего Тодороки взял девушку за руку, собираясь покинуть заведение, отправиться домой, но та перехватила его, оставаясь здесь. В глубине души она знала, что выходить не имеет смысла, у них совсем немного времени. Поэтому, переплетая пальцы с чужими, она вывела любимого обратно, вызывая легкое недовольство.
Они медленно танцевали, и было в этом что-то что делало ситуацию печально-обреченной­, Шото чувствовал это, но не мог сказать, почему. Леди испытывала страх, ужас, но не потому что снаружи уже толпы злых зевак, не потому что машины, люди в форме приехали ее арестовывать, не потому что ее сдали, не потому что теперь ее убьют, и даже не потому что Катсуки буянил там внутри, а потому что она не знает, как легче, ласковее, без боли сказать "Прощай". Бакуго, к слову, был вторым человеком, который верил {Имя}, он чувствовал ее правоту фибрами души. И, когда пришло время выбирать, на чьей он стороне, выбор был очевиден. Правда, блондин присоединился к тем, кто хотел ее смерти более всего на свете, однако именно так он мог помочь любимой. Работая уже давно двойным агентом, Кач-чан и так вызывал чувства его недалекости, это было первой и главной ошибкой людей в форме. Он не раз отводил атаки в сторону, кидался на незначительных злодеев, разносил все в щепки, говоря что-то о "личной ненависти к этой тупой женщине", когда та была рядом, поэтому, в нескончаемом потоке взрывов, сама скрывалась в дыму, а блондин получал очередной нагоняй, его, впрочем, иногда подозревали, и тогда им помогал Изуку, в чьем доверии сомневаться не приходилось, да и на Символ Мира ни один служитель корпорации искусственных причуд не замахивался, стало бы очевидно, кто прав, а кто - виноват. Вот и сейчас, зная, что леди в маленьком баре, скрипя зубами от гнева, представляя, как, от кого она стала брюхатой и как этот кто-то сейчас с ней и счастлив, начал искриться.
- Господин Бакуго, вам лучше успокоиться, пока мы не найдем преступницу! Она сейчас в замкнутом пространстве, в том торговом центре, нам сообщил доверенный источник. Никто из наших агентов ее не заметил, это значит, что она скрывается внутри, мы оцепили район и наблюдаем за всем происходящим со всех доступных сторон. Начинаем эвакуацию, поэтому, пожалуйста, пого...- договорить человеку в полицейской форме не дал первый взрыв.
- Заткнись! ЭЙ! Я разнесу тут все и это будет моя добыча, я не упущу ее!- он уже было хотел сорваться с места, как вдруг его остановила чья-то сильная рука. Возглас из толпы свидетельствовал о том, что это "Сам Старатель! Герой в отставке! Что он здесь забыл?! Откуда он знает о такой операции?!". А кто же еще мог подложить жучок, отслеживающий местоположение?
- Ты слишком много раз не справлялся. В этот раз я хочу,- он с прищуром поглядел на блондина,- чтобы работали мои люди,- бывший герой изрек все интонацией такой, чтобы Катсуки понимал, что его план прогорел и девчонка не сбежит, в этот раз не сбежит,- не имеющие личных мотивов.- отрезал он последнее.- Бакуго предпочел не показывать свой гнев, хоть и понимал, что сейчас все складывается не в его пользу, он хмуро отвернулся, грубо скинув со своего плеча чужую руку, повернувшись, наблюдал за происходящим. В голову блондину пришел недавний случай. Тогда он снова перевел всю свою атаку на пустое здание, желая сравнять его с землей, дабы в дыму девушка испарилась, как и умела это делать ранее. Он понял, что силы покинули ее, она не успевала. Тогда он схватил ее за руку и впился в ее губы, она начала сопротивляться, однако не использовала причуду. Ощущая своей интуицией, Бакуго с силой направил взрыв куда-то вверх. Она спряталась в развалинах, а Катсуки натянул маску недалекого буйного мальца. В этот раз чертов {censored} его выродок мешали сделать подобное.
Узнав, что в баре в "заложниках" у этой сумасшедшей находиться его любимый сынок, Старатель кинулся внутрь, говоря что-то о том, что все уладит. Снаружи раздавались взрывы блондина, который отчаянно хотел перевести внимание на себя. Молодые люди еще танцевали. Музыка прекратилась из-за шума наверху, тогда Шото отстранился от нее, погладил пальцами по щеке, целуя в лобик, обнимая за плечи, пальцами зарывался в волосы, пока в бар не зашел Старатель, громко хлопая дверью за своей спиной.
- Старик?- удивленный двуликий повернулся к нему лицом, прикрывая за собой девушку, понимая, что ничего хорошего из ситуации не следует. А его любимая отстранилась.
- {Полное Имя, Фамилия и Отчество, если есть}, тебя обвиняют в незаконном пересечении границ нескольких государств, дезинформацию, терроризм, кражах, массовых убийствах и сопротивление при аресте,- проговорил мужчина сухо, не замечая своего сына,- И все таки, я даю тебе последний шанс. Сдайся без боя и отправляйся на суд. Или умри сейчас,- Леди устала. Она знала, что убить эту змею, имея в виду целую корпорацию, не выйдет, у нее слишком много союзников, средств получения необходимого результата, а она одна, к тому же, преступница, сумасшедшая, без причуды, сопротивление сейчас было бесполезным. Она слабо кивнула, протягивая руки для наручников. Тодороки хотел их остановить, однако отец преграждал ему путь. А, оказавшись снаружи, на него налетели сначала репортеры, затем полиция, желающая отвести его в "безопасное место".

Япония, Токио,
Косуга, вечер, нижний
этаж, камера тюрьмы
За 0 лет, 0 месяцев,(0 неделю),
1 день, 12 часов, 7 минут,
13 секунд до конца.


Суд затягивали, вскрывались все новые детали, а потомупреступница должна была дать еще показания, согласиться со всеми обвинениями, но вместо этого она лишь плевала кровью на лицо мужчин, которые раз за разом совершали с ней различное насилие. Она уже давно была непохожа на себя. Сначала Старатель, будучи уже на склоне лет, хотел соединить семью, хотя об этом не могло идти и речи. Но он договорился, что эту тварь никто не тронет до тех пор, пока она донашивает ребенка, а затем дело за малым. Никто из тех, чье мнение действительно имело вес не мог спасти ее. Момо, Денки, Мино, Минету, Токоями и Тсую отправили в Европу. Там, после гражданской войны между старым светом и ближним востоком были необходимы силы, поддерживающие порядок, умеющие договариваться. Изуку, как символ мира и никуда не отходящая верная женушка Урарака поехали в Америку наводить порядок в той самой клинике. Ииду, который и так остался единственным независимым лицом, был остановлен шантажом: "Твой брат может встать с коляски, между прочим",- проговорил тогда представитель больницы. Киришима всегда следовал за Бакуго, доверие к которому было подорвано. За его спиной громко шептались о помощи преступнице, но не решались говорить в лицо, а потому босс просто выписал ему отпуск за счет компании на месяц. Без лицензии он никто, блондин это понимал, что злило его еще больше. Оставался только Шото. Тот самый Шото, "искалеченный моральной травмой от захвата в плен", а потому сидел дома. Выйти на улицу он не мог, так как у входа его караулили стаи журналистов.
Впрочем, были и хорошие новости. Так как старик все таки старался поступить мягко даже в этой ситуации, он ждал, когда родиться малыш, хоть с девушкой и запрещено было видеться. И вот, появился мальчик, сильный, здоровый, с причудой от матери сразу, и, кажется, похож на папу, может немного подрасти и жить с Тодороки, последний, кстати, с особым трепетом относился к этой возможности. Но печальные новости не заставили себя ждать. Дата казни назначена, через неделю. Старатель сжалился и позволил им встретиться в последний раз.
Тогда парень ночью выскользнул из своей квартиры, приготовившись заранее к одному из самых дерзких похищений. Двуликого проводили в камеру глубоко под землей. В ней было темно, холодно, в воздухе пахло гнилью, а стены были мокрыми. Стоял стол, за ним сидела девушка, руки которой, кажется, уже давно связаны, на них остались язвы, вся в шрамах, она только немного походила на ту леди, сидевшую напротив него в том пабе. Сглотнув, Шото попытался улыбнуться, проглотив ком в горле,- ... Привет, как ты тут?- проговорил он первое, что пришло к нему в голову. Тяжелая дверь в этот момент закрылась за ним, оставляя слабое свечение, от которого начинали болеть глаза, свет исходил от тусклой лампы где-то вверху. Она кивнула и впервые приподняла голову, кажется, она улыбалась. Новоиспеченный герой продолжил,- Я знаю способ... мы можем заморозить всех на этом этаже, охрана не успеет прибежать, вы скроемся через тайный ход, а потом уедем...- на что она усмехнулась,- в Италию. Помню, ты говорила, что хотела именно туда... Что смешного?- остановился он. Они оба понимали, что это не имеет смысла. Помимо того, что это самая охраняемая тюрьма Токио, сама девушка не встанет со своего места, сил подняться не оставалось, более того, сбежать из камеры означало бы то, что она сдала позиции, ей овладел страх, и во многих людях это зародило бы мысль о том, что СМИ говорили правду, называя {Имя} сумасшедшей убийцей. Поэтому она останется здесь, затем выйдет на площадь, поднимется на плаху, послышаться крики, оскорбления, мольбы, любви и ненависти, на шее повяжут петлю, затем пара торжественных слов, а после доски под ногами разойдутся, причуды, спасающей леди не будет более, и затем...
- Милая?- вывел из мыслей девушку голос. Шото чуть наклонился, он что-то говорил, и, видимо, заметив то, что она никак не реагировала, погрузившись в свои мысли, остановился, положив руку ней на ладонь, ощущая, какая та холодная. Только его губы раскрылись для того, чтобы что-то сказать, но, как всегда, времени, чтобы "надышаться перед смертью", недостаточно. Дверь раскрылась и зашли мужчины, она ласково улыбнулась ему напоследок. Сердце внутри сжалось и камнем улетело вниз, ударившись об пятки, горло хотело разорваться от крика, все тело стало свинцовым от осознания, что они видятся в последний раз. Дернувшись вперед, Тодороки впился губами в чужие, а когда рука охранника грубо схватила его, он начал сопротивляться. Его вытащили силой, закрыв дверь, а посетителя отправили куда-то в комнату с удобным диванчиком. Сев на него, парень схватился за голову, с ужасом смотря в пол, затем двуликий замер, не понимая, откуда капает на пол, пальцы спустились к лицу... он так давно плакал в последний раз...
День Казни

Когда зеваки собрались, стало ясно, что описание самого действа и представление в голове леди - две несоизмеримые вещи. Вернее, она не ошиблась, конечно, все так, как она думала, только... больше. Больше, ярче, громче, с бесконечной любовью и слезами на глазах у одних и истерическим смехом, счастьем - у других. Девушка слушала крики толпы, пока зачитывали приговор. В сумме это заняло более пяти минут. Стало холодно. Ей предоставили слово. К этому моменту она нашла родные разномастные глаза, которые неотрывно смотрели на нее из "зрительного зала". Рядом стоял Бакуго, уже ищущий пути к отступлению, замечая, как резко стало холодно, а руки двуликого начали покрываться льдом одна, а другая разогрелась до критической температуры.
- Я не лгала и умираю за правду.- Майдан* закачался, как настоящее море. Какофония разрывала перепонки, главную героиню вывели на плаху, поставили на колени, голову она положила на каменную подставку и без слез подняла взгляд отискивая глазами Шото. Улыбнувшись в последний раз, леди солнечно произнесла,- Прости, я умираю,- лезвие с тяжестью рухнуло, обрубив жизнь на глазах озлобленной толпы. Три секунды и столб льда поднялся ни от куда. Блондин схватил Тодороки, приговаривая что-то о том, что никакой идиот не использует свою причуду в людном месте, на площади, даже если всем вокруг надо остудить головы. Внутри не осталось никаких чувств, кроме боли, сильной, резкой, словно все внутренности пронзило копье, она была физической, ощутимой настолько же хорошо, как и кусочки льда на руках, но в тоже время, их словно бы не было, ведь сама кожа была столь холодной, что маленькая корочка для уже привыкшего к своей причуде героя являлась неощутимой, и все же, она была. Через двадцать минут Шото уже ехал на свою съемную квартиру. О восстановлении отношений со Старателем более не может идти и речи. Малыша привезет Катсуки, сегодня же, более того, блондин не останется в стороне, бросить ребенка и двуликого в таком неадекватном состоянии, да мало ли, что может произойти. Да, безусловно на будущее этого тупого {censored} взрывному парню глубоко наплевать, однако ребенок той очаровательной девушки это все, что от нее осталось, Бакуго позаботится о малыше, чего бы это ему не стоило. {Имя} настаивала на своем до самого конца, а потому толпа до сих пор будет сомневаться, правда рано или поздно всплывет, а значит, что-то все таки обернулось в пользу, а не сгинуло даром. Хоть какой-то толк с этого получен и те, кто должен знать истину, знают ее. Изуку всегда был одним из самых умных героев, а потому, немного поразмыслив, понял, кто не кривил душой, после приступая к придумыванию плана, дабы отчистить честное имя леди, показать всем, кто настоящий злодей, свергнуть их иерархию, лед тронулся, эту цепочку толкнули хрупкие девичьи плечи. Все не напрасно.
Япония, Токио. Съемная квартира, ночь, наши дни.
Мальчик в колыбели успокоился, переставая плакать. Кажется, он уже минут как десять сладко сопит, не побеспокоенный всеми триволнениями этого мира. Усталый герой аккуратно берет бутылочку, целует малыша в лоб, из-за чего тот нахмурился, мол "Не мешай мне спать", чем вызвал слабую улыбку, натянутую через силу. Дверь с тихи счелчком закрылась, не давая свету из соседней комнаты пролиться внутрь. Вернувшись на кухню, Шото промыл бутылочку и поставил ее на место. Затем, ощущая как все тело изнемогает, уставший, прошел в свою спальню. Вернее, теперь она только его, она холодная, темная, чужая, в ней не хватает чего-то. Двуликий так и не смирился с происходящим. Он еще долгое время лежал в кровати, не смыкая глаз, а в голове ни одной мысли. Деньги на ее похороны, а, точнее, кремацию, как она и хотела, дабы не гнить в земле, он найдет, как и все средства, включая свое время, чтобы воспитать этого маленького человека. Пусть он не захочет стать героем, но узнает правду о том, кем была его мать. Мысли о светлом будущем сына расслабляли, тяжелые веки сомкнулись, разум проваливается в царство Морфея.
С тех пор, каждую ночь во снах светило солнце. Капель, свежо, запах свежести, трава, раса, журчащий ручеек скачет с камушка на камень, она там, она ждет его. Нет, не принудительно заставляет бросить все. Она шепчет раз за разом, что все в порядке, что надо немного потерпеть. Пройдет время и девушка постепенно ускользнет из его снов, становясь редким гостем. Это произойдет тогда, когда сердце, искалеченное, загнанное в угол, уставшее больше не сможет содрогаться от одного ее имени в мыслях, но все еще реагируя на леди, когда невзначай кто-то заговорит об этом, случайно в передачах, где-то ее фото. Смирение наступит, а, когда это произойдет, Тодороки примет у мысль, что надо лишь подождать, влюбляясь с каждым днем все сильнее в ее светлый образ, стерающийся из его памяти. Она и вправду стала воздухом в легких, пальцы - ласковым ветром и все приятное отныне стало ей. Вечно порция на столе, чай, письма в конвертах, без ответа. Не о чем беспокоиться. Утром ранним, когда сонные птицы чирикают, заливаясь своими свонкими голосками. Мужчина средних лет просыпается у себя в комнате, после, выходя во внутренний дворик в своем спальном халате, слабо улыбается. Долго стоять на морозе он не будет, это что-то вроде бодрящего кофе, зарядки и закалки одновременно. Вбирая полную грудь прохладного апрельского солнца, известный герой потягивается. Его сын уже собрался, сейчас он уже учиться в UA, это был его собственный выбор, отец не настаивал. Начало учебного года, все, как и этот миловидный студент первого курка, взволнованно сбегаются к стенам академии. За годы без нее было радостно, грустно, обреченно, печально, томительно, восторженно, удивительно, праздно, но ни разу не приходило счастье. Его уже не будет. Никогда. Может, это хорошо? Пахнет весной, лучик. Все пройдет...
­­

http://onchuckova.b­eon.ru/44014-756-tes­ty.zhtml- А оставить комментарии по поводу работы или предложить что-либо можно тут.

Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1122-578.html
Прoкoммeнтировaть
Тест: {Bnha}Jealousy! Первый. {Bnha}Jealousy! Он ревновал ее, пока она... Эйринес Камуи 18:30:58
­Тест: {Bnha}Jealousy!
Первый.


{Bnha}Jealousy!

­­
Он ревновал ее,
пока она была жива,
и все еще ревнует,
когда ее давно нет на свете...


"Как в какой-то старой песне, я вижу вдали место, где меня ждут, там тепло, там горит теплый очаг и прохладный душистый чай налит в кружку, остыл, пока меня ждал, там смех девушки, тихий, словно биение почти растаявшей льдинки в бокале...",- новоиспеченный герой сидел у себя дома. Наконец сбежал из ненавистных стен родного отчего крова, чему был рад, к слову. Однако шуметь все равно нельзя, в соседней комнате, наконец, успокоился малыш. Мальчик, что выглядел так же, как и его отец, практически. Он сопит, пуская пузыри, а активности в нем столько, словно насильно кололи запретные вещества, мамина черта, она тоже была такой неугомонной, такой беззаботной, когда молодая леди повстречалась с двуликим. Герой, сидевший на кухне, склонился над постой кружкой, закрывая лицо руками, проваливаясь в то воспоминание, улавливая даже самые мелкие детали, словно это было вчера.

Япония, Токио,
квартал Харадзюку, Омотесандо.
За 6 лет, 2 месяца, 4 недели,
1 день, 23 часа, 58 минут,
17 секунд до конца.


Утро солнечное,вперемешк­у с капелью, поэтому не жарко. Киришима написал всем, что, раз уж выходной, то можно было бы и встретиться. Обсудить темы, в частности, в их классе будет новенькая. Так интересно, особенно для Минеты и Денки, что за прекрасная леди пришла к ним, да и еще спустя три месяца. Говорят, у нее сильная причуда. Шото вяло потянулся, ему было не особенно интересно, но он хотел провести время с друзьями - тепло на груди, когда можно назвать так кого-нибудь, да и еще беззаботно прогуляться... Дорогие магазины, дизайнерские вещи малых, но чисто японских компаний, да в этой атмосфере себя хорошо чувствовала исключительно Момо,уже отдававшая деньги за очередную кофточку и парочку замечательных туфель, вызывая белую зависть у Урараки.
Парень отошел на несколько шагов и уже оказался в совершенно далеком от своей компании месте, хотел позвонить, достал телефон, но кто-то выбил его из рук, убегая за переулок. Шото наклонился, но не успел подобрать - миловидная девушка, стоявшая поодаль, приблизившись, взяла его в белую ручку, выпрямляясь. Большие капли, разбившиеся о разноцветную макушку отражали выглянувшее солнце, оно подсвечивало кончики локон, так как выглянуло, казалось именно из-за ее спины.
- Простите, вы обронили,- улыбнулась она, протягивая предмет. Что про себя отметил двуликий тогда - ложь. Какое-то несоответствие. Она выглядела как милая, хрупкая девушка его возраста, в одном из самых дорогих районов Токио, при этом одета была в само дешевое европейское тряпьё, за причуду он бы не сказал, но кто его знает, ярче всего выделялось лицо. Такое чистое, милое, очаровательное, она нежно улыбалась, однако Тодороки почувствовал себя ребенком, было в ней особое честолюбие, а взгляд, видавший виды, смотрел на него так обреченно, словно произошло самое ужасное их всего возможного.
- Спасибо,- он взял телефон, а затем, услышав взрывы, смех Киришимы, попытки успокоить всех от Урараки, окончательно вышел из задумчивости, понимая, что как-то некрасиво смотреть на незнакомку, не отводя взгляд, молча, не моргая, поэтому чуть заметно кивнув, ушел на звуки.
Спустя буквально пару суток они встретились снова. Она улыбалась, как обычно, стояла в их классе, учитель представил в вялой манере, как всегда, новую ученицу, попросил ее представиться. Она назвала свое имя с нескрываемым акцентом, все в ней выдавало иностранку, особенно лицо. Уроки прошли как обычно. На переменах вокруг нее собирались ученики, доставая информацию о том, откуда она, как ей в Японии, Минета говорил какую-то чушь, Денки пытался пригласить ее куда-нибудь. Девушка разговаривала громко, много шутила, Киришима просил ее остановиться, у Урараки уже болел рот от смеха. Двуликого она узнала и поздоровалась, выпытала его имя и на этом их общение подошло к концу.
Прошло две недели и они сдружились. Кажется, к ней всерьез стали бить клинья Катсуки и Денки. Впрочем, последнему не особенно хотелось сталкиваться лицом к лицу с первым. Взрывной парень был на взгляд девушки очень забавным, Урарака сказала, что они хорошо смотряться вместе. Двуликий как-то раз уходил позже всех, хотя около входа его ждали Изуку с Теньей, чтобы, как всегда, пойти вместе. Он мельком видел, как сладкая парочка сидит на заднем дворе, что-то оживленно рассказывая друг другу. Бакуго склонился, целуя ее в щеку. Шото это не касалось, он был хорошим другом, большего ему и не нужно...

Япония, Токио. Съемная квартира, ночь, наши дни.

Малыш проснулся, его плачь, наростающий с каждым новым всхлипом, разбудил парня. Его отец, практически уснувший, поднялся, направляясь в соседнюю комнату, взяв мягкое набухшее тело на руки, прощупал, видимо, с пеленками все в порядке, хочет есть. Вернув Хироши на место, мужчина вернулся на кухню, приготовив смесь, согревая ее в левой руке, после, аккуратно придерживая, отдал младенцу. Тот, закрыв глаза, тихо ел, вызывая усталую улыбку. Все таки, девушка осталась с двуликим, он даже помнил, когда именно влюбился, как это случилось и к каким последствиям это привело. Тогда это был обычный разговор двух друзей, с одним но, она всегда была так ласкова с ним, а в тот момент, когда речь зашла о Старателе, спросила:"Кто это?"- это навело Тодороки на мысль, что вся ее внимательность и забота исходят из самого сердца, просто потому что она добрая, все это - искренность. Уже тогда сложилось впечатление, что она что-то скрывает...

Япония, Токио,
престижная академия UA.
За 6 лет, 1 месяц, 2 недели,
3 дня, 14 часов, 35 минут,
8 секунд до конца.


-... Айдзава-сенсея вывело последнее нападение злодеев, все могло закончиться очень плачевно. Думаю, на этом экзамене тебе повезло, он мазал каждый раз, даже не мог стереть твою причуду,- рассуждал вслух Шото, лежа на прохладном песке. Экзамен, о котором он говорил - проверка причуды на силу. Они стояли в паре, и, если двуликий пару раз попадал под действие силы своего учителя, то девушка, лежавшая рядом, чудом избегала каждой стычки. Для них, к слову, было нормальным лежать вот так, хотя, судя по тому, как бесится Бакуго, как она хочет проводить время больше со свои другом, Тодороки казалось, что он ей нравится, а так как он вообще может нравиться кому-то в романтическом смысле только из-за папочки, между ними парень отчаянно выстраивал стену.
- Нет, он попадал...- обрезала она его мысль,- просто у меня нет причуды,- добавила она. Если говорить с ней наедине - и это двуликий заметил давно - леди становится другим человеком. Как, собственно, и сейчас, лежа на берегу речушки ночью, когда все уже устали и легли спать на этом отдыхе в палатках(опять идея Киришимы), они просто болтали. Фраза, которую она так нечаянно обронила - так загадочна.
- Знаешь, {Имя}, тебе не обязательно говорить что-то, что привлечет мое внимание,- отрезал он, так как решил, что это была глупая попытка заинтересовать в своей персоне, на что получил незамедлительный ответ.
- Зачем мне привлекать твое внимание?
- Ты избегаешь Бакуго, а со мной стараешься проводить кучу времени,-
он прикрыл глаза, устраиваясь удобнее.
- Я не хочу, чтобы меня кто-то любил. Поэтому я предпочитаю общаться с другими людьми, если ты об этом. И почему ты решил, что ты мне нравишься? В смысле, конечно, нравишься, мы же друзья, но я о чувствах...
- Именно, я не могу никому нравиться, я только сынок Старателя.
- Кто это?

Сказать, что Шото был удивлен - ничего не сказать. Она иностранка - она может не знать его семью вообще, это же логично. Тогда у парня возникло несколько вопросов с девушке, дабы понять, шутка ли это, она непонятливо смотрела на него, отвечая честно, не осознавая всей серьезности ситуации для друга, а в груди у двуликого что-то защемило. С тех пор он искал с ней встречи. А она все чаще говорила странные фразы о том, что у нее нет причуды, что она уйдет, что не будет с ними долго, с юмором, как всегда это умела, вызывая на лице Тодороки скромную улыбку, которая, порой становилась шире.
Шло время, и ситуацию с этими чувствами надо было брать под контроль. Вообще, парень уже предпринимал попытки признаться, но то между ними вставал Бакуго, то сама девушка, как вода сквозь пальцы, утекала.

В очередной вечер в кабинете 1-А, после уроков.
Девушка взяла свои вещи, она сегодня переписывала контрольную и выходила последняя. В дверном проеме ее ждали. Она обернулась, понимая, что бежать будет некуда, она и так знает, что двуликий скажет ей сегодня. Боже, как она не хочет это слышать, с одной стороны, с другой, за время, проведенное вместе, он показал себя сильным, добрым, вежливым, пунктуальным, умным, красивым и... да, определенно, ухо хотело почувствовать эти слова, но...
- Привет, Шото,- нарушила она тишину,- ты что-то забыл? Или хотел проводить? Поверь, не стоило,- она поняла, что ей сейчас некуда сбежать. Но ситуацию спас блондин, ворвавшийся в комнату.
- Вы Ох*ели что ли?!-он подошел к девушке,- Я б*я неясно выражался все это время?!- Бакуго, до этого подслушивающий, давно заметивший чувства Тодороки, заметивший, благо, его сегодня, ждущего, как псина, эту ма**у, ворвался в кабинет, как животное в клетку, обещая кого-то разорвать сегодня, схватив руку девушки так, что ей стало невыносимо неприятно, она зашипела, положив свою ладонь на чужую.
- Больно, Бакуго!
- Отпусти ее!-
холодно и резко ответил парень.
- Тебя забыл спросить, не лезь, выродок.
- На {Имя} нет знака о том, что она тебе принадлежит.
- Это пока!
- Что?!
- отозвались вы с разноволосым в один голос. Ситуация накаляется.
Далее последовало какое-то странное, невнятное молчание, это очень, очень короткое затишье перед бурей, в доли секунды они оказались на площадке для тренировок, вокруг - лед, подземные толчки? Нет. Взрывы, девушка стояла одна, не понимая, что происходит, а на горизонте появились в миг учителя. Айдзава-сенсей был вне себя от злости. На совете, разумеется, тихом, так как Старатель настоял на том, чтобы не афишировать этот случай, безумно захотел встретится с миловидной леди. Замяли, все, большими силами. Мальчишки обошлись небольшими ранами.
К вечеру Бакуго проснулся один, скрипя зубами, поднялся, направляясь домой, Исцеляй- девочка помогла им обоим, так что они не сильно пострадали. Героиня не ответила, где сейчас студентка 1-А, она отмахнулась самой простой отговоркой. В соседней комнате медленно открыл лаза двуликий. Теплые тона больничной палаты, переливающиеся в ласковых лучиках летнего, почти осеннего солнышка белые шторки, на стуле рядом с кроватью сидит девушка. Парень сначала улыбнулся и попытался потянуться к ней, но при этом, почувствовав боль, улегся обратно, чуть потянув руку, касаясь своими пальцами чужих. Руки сплелись в один замок, девушка почувствовала себя неловко, улыбаясь ему, вызывая такую же реакцию со стороны Шото
- Я люблю тебя,- наконец, выдал он. Тело привыкло к болевым ощущениям, и Тодороки сел на кровати, соприкасаясь лбом с чужим, закрыв глаза, заставляя свою любимую чувствовать на коше дрожащие ресницы, затем, опустившись ниже, он в первый раз поцеловал ее, не медленно, скорее это было как прыжок в холодную воду - разбежаться и в омут с головой, резко, но не слишком, затем еще раз, но глубже, еще и еще. Они так и сидели. Губы перешли на щеку, задевая бледное ушко, шея. Все было так, словно они оба понимали, что таких романтических моментов будет мало, словно у них нет времени.
Надо сказать, что никто с обеих сторон не позаботился о том, чтобы скрыть свои отношения, поэтому об этом узнали все. А как еще? Парень, до этого имевший четкую установку на "друг", подрался за девичье сердце с Бакуго, одноклассники знали, а Денки окончательно впал в депрессию, так как понимал, что в такой фан-клуб не полезет, с одним Бакуго еще можно было совладать общими усилиями, но с расчетливым Шото такой трюк не пройдет. К слову, Катсуки так же был в курсе происходящего, он не стал устраивать бойню под пристальным взглядом Всемогущего и жесткими аргументами Айдзавы-сенсея, но это не значит, что добиться расположения девушки нельзя. Даже если она официально в отношениях, даже если какой-то обсос поцеловал ее прилюдно, вызывая бурю эмоций, особенно у женской половины, сильнее всех возбуждая Ашидо-чан, а любимая из веселой девчонки стала пунцовой, отводила взгляд, просила прекратить, заставляя своего новоиспеченного молодого человека прилагать все усилия и плюс ультра, чтобы сдержаться.

Япония, Токио,
престижная академия UA.
За 3 года, 7 месяцев, 3 недели,
10 дней, 5 часов, 10 минут,
6 секунд до конца.


Их отношения росли медленно, но они были счастливы, уже закончили обучение, осталось найти хорошую работу. Старатель смирился с выбором своего сына, на счет невесты. В целом, герой номер один, теперь номер один, со шрамом на половину лица, понял, что ничего от своей семьи не получится добиться путем крика, лишений, запретов, он смог наладить отношения методом проб и ошибок, стараясь осознать чувства и желания ближнего своего. Фуюми поддержала такое стремление папы, Шото был до последнего холоден, говоря, что не готов пойти к нему навстречу, хотя, после некоторых случаев реальной угрозы жизни своему отцу, понял, что не может относиться с одной лишь ненавистью к человеку, которому обязан жизнью, воспитанием, благополучием, силой и, в конце концов, он стал тем, кто есть, в том числе благодаря отцу. Шли годы и их отношения более или менее сгладились. Нежности так и не добились, но, хотя бы уважение и терпение друг к другу, это лучше, чем было. Мама переехала домой, ее болезнь подошла к ремиссии, она излечилась, практически. Старатель посылал ей цветы, это было так мило.
Отношения молодой же пары тоже шли на укрепление, их общему счастью можно было позавидовать. Они ссорились, порой при людях, ненавидели, не уважали, но любили даже тогда, а после, по ночам и редким выходным, долго и громко мирились, впрочем, разлады случались не часто, жили, в основном, душа в душу. Она Любимая, он - Дорогой. Тодороки-кун устало сел на диван, взяв пульт от телевизора в руку, откидываясь спиной, позволяя той расслабиться. Он устал после очередной затянувшейся рабочей смены, где около шести часов таскал на своей спине раненых, тушил пожар, ловил злодеев. Да, скучной эта работа не была, но это не значит, что она не может быть однообразной, что от нее нельзя устать, что не возникает безудержное желание просто лечь и расслабится. Пока разномастные глаза медленно закрылись, погружаясь в сон, рядом присела девушка, громко хрустящая сырным начосом, предварительно макая ломтики в сырный соус. Через пару секунд парень резко распахнул веки, как только услышал громкий, раздражающий хруст.
-{Имя},- тихо позвал уставший герой,- Ты...- хотел было он начать говорить о том, как недоволен происходящим, но стоило открыть рот, как в нем тут же оказался перченый кусочек.
-А? Прости, я не расслышала, ты хотел что-то сказать?- вяло прожевав предыдущее лакомство, он помотал головой, снова закрывая глаза и вновь шум. Попытка проигнорировать, неприятный звук повторяется, так еще несколько раз, просьба прекратить, поесть в другом месте, молчание... и снова, Шото резко поворачивается к леди.
-{Имя}!
- Да, любимый?-
потупила она взгляд. Двуликий не мог себе позволить ответить что-то жесткое в ответ на такое милое личико, уже ведь три года вместе, а она до сих пор подлавливает своего молодого человека на этот трюк, почему он ведется. Наклонившись к ее лицу, поцеловал ее в лоб. Тем же вечером, через пару часов, когда они улеглись, так как девушка тоже устала от работы героя и ее глаза слипались, она почувствовала теплое тело за спиной. Счелчек и теплый свет лампы пропал, оставляя только темноту. Юная героиня почувствовала у себя за спиной теплое тело. Затем мужская рука обняла ее под одеялом за живот, они оба были слишком уставшие, сразу же впадая в царство Морфея.

Вся эта история повторяется каждую ночь. Совсем еще ребенок, она переживает ограбление в банке, где на ее глазах убивают и ранят без разбору посетителей. Девочку спасли герои, а она пообещала себе, что станет так же помогать нуждающимся, однако между мечтой и реальностью была пропасть не только в виде возраста или отсутствия причуды с рождения, а еще и появившихся навязчивых страхов. Депрессия, неадекватные реакции на самые простые житейские случаи, агрессия, расстройство личности, она могла бы стать больной шизофреничкой, учитывая все это, потом стали появляться панические атаки, беспокойный сон... Родители не могут позволить себе лечение психики дочери, ведь такие проблемы лучше решать в платной клинике, в ином случае, казалось, малышка, уже и так пережившая сильный стресс, окажется в обстановке, из которой уже не выберется. И вот, когда, казалось бы, семья совсем уже отчаялась, мать находит рекламное объявление о том, что появилась новая благотворительная фирма, бесплатно помогающая в реабилитации от психических расстройств и травм детям до восемнадцати и инвалидам. Ведущие специалисты, новый метод в терапии, "революция" в медицине... После первичного обследования отец подписал кучу бумаг, персонал больницы просил не навещать дочку первое время, около месяца, как бы этого не хотелось, так как это может помешать, может, не будет должного эффекта. Девочке, {Имя}, ей необходимо здоровое одиночество. Сколько-то и вправду самочувствие шло на лад, пока люди из соседних палат не начали пропадать, их не отпускали домой, это делается через главный ход, к тому же, предупреждают, дают попрощаться с обретенными друзьями, а не выводят под тихую, когда все спят, их вещи забирали врачи спустя один или два дня, а по ночам раздавались крики, где-то внизу...
Во сне к ней приходил один и тот же образ. Мужчина. Он был уже в солидном возрасте, по всем официальным источникам - это очень мудрый ученый с безупречной репутацией фашиста с извращенной фантазией, склонностью к насилию, ненавистью в сердце и невыносимо сильным желанием уродовать юродивых, которыми он окружил свою персону... А далее - светлая больничная палата... Девочка в ту ночь проснулась, кажется, от раската грома, так как шла гроза. И благо, что она очнулась сама, пока ее не нашли другие. Как оказалось, этот ученый собирал детей без причуды или той, что не подходила героям, отбросы общества, которые никогда не будут в авангарде жизни.
0J7QvSDQvNGD0YfQuNC­7INC40YUg0YLQsNC6ING­B0LvQvtCy0L3QviDQvtC­90Lgg0L3QuNGH0LXQs9C­ INC90LUg0YHRgtC 0Y/Rgiwg0LbQuNCy0L7­RgtC90L7QtSwg0L7QvdC­4INC60YDQuNGH0LDQu9C­4INC40YUg0YLQstC 0Lkg0LTQstC10YDQuCw­g0L/QvtGH0LXQvNGDINC­10LUg0YfQuNGB0YLQuNC­70Lgg0YfQsNGJINCy0YH­QtdGFINC00YDRg9Cz0Lj­RhSwg0Y8g0LLQuNC00LX­Qu9CwINGN0YLQviwg0Y8­g0LLQuNC00LXQu9CwLCD­RjyDRgdC70YvRiNGDLCD­RgdC70YvRiNGDINC40YU­g0LTQviDRgdC40Lsg0L/­QvtGALCDRg9Cx0LvRjtC­00L7Quiwg0LLQtdGA0L3­QuCDQuNGFLCDQvtC90Lg­g0LTQviDRgdC40YUg0L/­QvtGAINC80YPRh9Cw0Y7­RgtGB0Y8uINCvINC30L3­QsNGOLCDRh9GC0L4g0Lj­QvCDQsdC 0LvRjNC90L4sINGF0LL­QsNGC0LjRgiwg0LjRhSD­Qs9C70LDQt9CwLCDRg9G­I0LgsINC90L7Qt9C00YD­QuCwg0YLRiyDQuNGFINC­40LfQvdCw0YHQuNC70L7­QstCw0LssINC/0L7Rh9C­10LzRgywg0L/QvtGH0LX­QvNGDPyEhISEhISEhCiD­QmNCb0Jgg0KXQntCn0JX­QqNCsINCh0JrQkNCX0JD­QotCsLCDQp9Ci0J4g0K3­QotCe0JPQniDQndCVINC­R0KvQm9CeLCDQntCd0Jg­g0J/QntCS0KHQrtCU0KM­sINCi0JLQntCYINCR0Kv­QktCo0JjQlSDQn9CQ0Kb­QmNCV0J3QotCrLCDQn9C­V0KDQldCh0KLQkNCd0Kw­g0JjQpSDQnNCj0KfQkNC­i0KwsINCe0J3QmCDQpdC­e0KLQr9CiINCj0JzQldC­g0JXQotCsLCDQntCd0Jg­g0KPQltCVINCc0JXQoNC­i0JLQqywg0J/QntCn0JX­QnNCjINCe0J3QmCDQotC­Q0J3QptCj0K7QoiDQl9C­QINCi0J7QmSDQlNCS0JX­QoNCs0K4/IQ==

Далее она боится вспоминать всех тех, кто убивал, кто был полностью ненормален, их жестокость была необузданной, некоторые ели друг друга заживо, другие открыли охоту на персонал, а все из-за того, что терапия пациентов вышла из-под контроля. Сама девчушка помнит, как убегала от здорового мужика, кажется, он хотел сделать ее своей невестой, он был в какой-то страшной заразе, его кожу ел плотоядный вирус, наверное, новая разработка того доктора. Она помнит все: то, как уставшая, вся в чужой крови, она убегает, прячется, как он заходит в комнату и медленно нагибается, заглядывая под кровать, как поднимает ее, укладывает сверху, матрас воняет мочой, как насилует ее, как никто не собирается ей помочь,и, когда сил уже совсем не остается, она оставляет попытки к сопротивлению, в ее душе остается только ненависть, этот мужик говорит что-то о том, что ей нужен вход больше, дабы у них появились здоровые дети, что ей нужно потерпеть, немного будет больно, а совсем еще ребенок лет десяти хотел только одного - смерти, не в силах терпеть то, что с ней произошло. Он пилит ее, она ощущает дикую, животную, разрывающую все внутри и... не умирает. Но... Почему? Ее тело срослось вновь. Но ведь... у нее нет причуды, да и такой точно нет ни у одного родителя... В голове возник образ доктора. Тогда, в этой светлой комнате, в больничной палате этот врач вколол ей что-то, она потеряла память, и резко ее, словно в лихорадке, бросило к тому моменту, он дал ей что-то еще, силу, чтобы обороняться, при этом заключая, что причуды у нее, действительно, нет, что будет интересно, так как с этой силой еще никто не справлялся, что предыдущие испытуемые начинали разлагаться. Лежа на этом пожелтевшем матрасе, девчонка горька улыбнулась. Как же ей, черт побери, повезло! "А? Что с тобой, дорогая?"- вывел ее голос из раздумий. Она слабо поднялась в положение сидя, опираясь на левую руку. Вторая сила - атакующая. Его кишки, легкие и почки перемешались в состояние каши. На животных инстинктах, когда ноги сами несут дальше, она пыталась выбраться. Голая, уставшая, в грязи, крови, {censored}, сперме, да мало ли, что еще на ней было, она не останавливалась, в ту ночь, и это точно, она убивала, много, желанно, ей это нравилось. Так как теперь у нее были силы, она отправилась в UA, возвращаться домой она уже не видела смысла - в любом случае девочка Луна, заходившая в госпиталь и {Имя} - разные люди. Последнее, что происходит во сне - память о самом красивом рассвете, первом в новой жизни...
Глаза слабо открываются, а в окне уже вовсю пляшут лучили ласкового утреннего солнышка. Девушка улыбается, понимая, что все это - просто очередной кошмар, вызванный болезненными воспоминаниями. На ее животе располагалась чья-то теплая ладонь. скользя по комнате, можно было заметить время в прикроватных часах, вставать через пару минут. {Имя} слабо повернулась, Шото шумно выдохнул, все еще не просыпаясь. Затем, проводя по светлой коже, создавая неприятное ощущение щекотки на лбу, щеке, подушечка обвела контур аккуратных губ, отчего парень нахмурился, открывая разномастные глаза, встречаясь с другим взглядом, сонно улыбаясь, обнимая девушку крепче, зарываясь носом в ее волосы.
- Давай сегодня не пойдем?- проговорил парень, зная, что такой сладкой мечте не суждено было сбыться. Девушка в ответ, хихикнув, улыбается, кивая на такое заманчивое предложение,- Давай. На что жить будем?
- Потом еще смену возьмем,-
потянувшись, она, как кошка, соскользнула с пастели, скрываясь в душевой,- Можешь еще валяться, если хочешь, только помни, что завтрак сегодня с тебя,- игриво проговорила она, скрываясь в комнате. Двуликий встал, когда девушка уже зашла в душ,- А ты что хочешь?- он постучал, но никто не ответил, а дверь с счелчком закрылась. Стоп. Она была открыта. С удивленным и заинтересованным взглядом, молодой герой повернул ручку, да, он был прав. Не имеет значения, забыла она или оставила специально, леди все равно не признается, не важно. Он этим воспользуется, а завтрак можно будет и заказать.

Япония, Токио. Съемная квартира, ночь, наши дни.

Малыш успокоился и вновь мирно уснул. Парень встал, направился на кухню и убрал небольшой беспорядок. Если бы суда сейчас зашел совершенно посторонний человек, он бы предположил, что квартира новая и готова к продаже или сдаче. В не было никаких запахов, за исключением одной комнаты, в ней не было пыли и мусора, грязной тарелки, забытых вещей, нет, ничего. Девушка всегда творила творческий беспорядок вокруг себя и терпеть не могла, когда грязно, не выносила, когда идеально чисто. Сейчас же двуликий не видел смысла сорить, никто за ним это убирать не будет, няня разве что приходит каждое утро. Собирая остатки сил, парень уходит в соседнюю комнату, где его ждет мучительно одиночество, холодная пастель и гнетущая тишина. Раньше любимая долго не могла устроится на месте, пока Шото не поворачивался, обнимая ее, чтобы она перестала ерзать. Впрочем, без этого он не мог уснуть спокойно, вот, прямо как сейчас. Парень прикрыл глаза, вспоминая самую странную ночь за все их отношения. Вернись он туда сейчас, кинулся бы на нее, не спал день, два, сидел бы рядом и ждал, когда она успокоится, не отпустил бы, чтобы она наломала дров. Он бы лучше сам убил ее.
­­

http://onchuckova.b­eon.ru/44014-756-tes­ty.zhtml- А оставить комментарии по поводу работы или предложить что-либо можно тут.

Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1122-578.html
Прoкoммeнтировaть
понедельник, 10 сентября 2018 г.
Тест: Особенная [сборник] Токийский... Эйринес Камуи 21:34:26
­Тест: Особенная [сборник]
Токийский гуль


Simon Curtis - Diablo.


Тоука Киришима: впервые вы встретились с ней в мастерской Уты, куда она пришла вместе с Канеки, чтобы выбрать ему маску. Ещё тогда, увидев перед собой эффектную девушку, которая гордой походкой, виляя бёдрами, вышла из-за ширмы с широкой улыбкой после удачной попытки напугать Канеки и развела в стороны руки, торжественно аплодируя себе и в шутку расхваливая своё мастерство, Тоука сразу же распознала в тебе самовлюблённую личность, любящую купаться во внимании, что тут же привело её в раздражение. На твои эксцентричные выходки она хмуро закатывала глаза, стараясь воздержаться от скаберзных комментариев, но когда ты подошла к Канеки, прижав его к себе, как свою собственность, внутри неё зашевелилось что-то неприятное и она поневоле направила на тебя возмущённо-укоризне­нный взгляд. А ты тогда, позабавившись с реакции девушки, решила ещё немного поиздеваться над ней; прижав к своей груди краснеющего парня, ты потрёпала рукой его по голове и, смотря прямо в глаза девушки, с нахальной улыбкой задала напрямую вопрос, который выбил её из колеи: "Какой у тебя гро-о-озный взгляд. Ревнуешь своего парня, да?". Тоуку словно молния ударила и она во избежании открытого конфликта просто надула щёки, сквозь зубы сказав, что ей безразличен этот "задохлик".
- (Твоё имя), усмири немного свой пыл, а то из-за тебя мальчишка потеряет раньше времени невинность, - шутливо заметил невозмутимым тоном Ута, склоняя тебя сбавить обороты, от которых Канеки, задыхаясь от невообразимого смущения, чуть ли не потерял сознание.
- Ха-ха, ну тогда я сделаю доброе дело для этого малыша! - потрепав пальцами обе щеки юноши, как маленькому ребёнку, сказала непринуждённо ты. - Он наверняка мечтает о девушке. Но вот так ирония; хотел пойти на свидание с Ризе-чан, а она восприняла это как поход в кафе, а тебя за еду, ха-ха-ха. Печальная у тебя судьба, Канеки Кен, - наигранно прискорбно выдохнула ты, прокручивая на пальце прядь его волос. - Но раз уж тебе уже нечего терять, то можешь спокойно пойти на свидание со мной - я уж точно не укушу такую щепку, хе-хе, - издевательски прошептала ты ему на ушко, обжигая его кожу горячим дыханием, отчего юноша молниеносно выбрался из твоей хватки, понимая, что в твоём обществе он вот-вот провалится сквозь землю от стыда.
- В тюрьму захотела? Он ведь ещё несовершеннолетний.­ Обрати лучше на меня внимания, свидание со мной не подарит тебе уголовной ответственности, - спокойно предложил Ута, словно это было нечто повседневное.
- Эх, куда делась моя молодость? Теперь только и водиться со стариками вроде тебя, - театрально вздохнула твоя персона, не желающая расставаться с таким приятным увесилением, как Канеки.
Тоука тогда взблагодарила масочника за то, что он хоть как-то успокоил твою буйную натуру, которая так и тянула свои загребущие ручонки к такому интересному экземпляру, как Кен. Тогда она гораздо быстрее вывела его из студии, схватив за руку и до боли сжав её, по пути чертыхаясь и проклиная твою персону, приписывая тебе как настоящие недостатки, так и выдуманные и преувеличенные со своих уст. Канеки, впервые видя Киришиму такой возбуждённой, попытался успокоить её, мягко и осторожно сказав, что ты довольно милая, не считая твоей активности и некоторой вульгарности в поведении, какая присуща той же Итори. Он несколько раз пожалел о сказанных мыслях вслух, ведь Тоука, уверенная, что юноша поддерживал её мнение, пришла в ещё больший гнев, когда Кен глубоко разочаровал её словами, получив за это от неё мощный пинок в спину. Уже шагая в одиночестве с хмурым лицом, будто над ней нависли грозовые тучи, она со злобой думала про себя: "Все они одинаковые! Стоит перед ними появиться легкомысленной девице с такой фигурой, как они тут же теряют голову, не замечая, какую отвратительную личность они из себя представляют!". Во многом на её недружелюбное отношение к тебе повлияла и банальная женская ревность, которую она даже не успела осознать, но если остальной персонал "Антейку", который вполне лояльно относился к тебе, задавали ей вопрос о том, почему она так враждебно настроена к тебе, Киришима без промедлений перечисляла все твои недостатки, которые выводят её из себя. Ты же, разгадав все её слабые места, сочла девушку лёгкой добычей для удовлетворения своих садистских потребностей. Со временем её реакции на тебя стали скучными и обыденными, от чего ты почти утратила всякий интерес к девушке. К её счастью, ты стала всё меньше задевать её и любопытствовать по поводу её жизни у Канеки. Однако, когда ты как-то услышала в её разговоре с Кеном имя довольно близкого тебе человека, ты новострила уши и снова прониклась к ней глубоким любопытством. Выяснив, где работает девушка, ты как-то заглянула вечером в "Антейку" и, вальяжно усевшись на стул, несмотря на то, что персонал собирался закрывать кафе, сделала свой заказ, ожидая увидеть того самого человека. Однако на твой вышла Тоука, которая со скрипом в зубах обвинила свою судьбу. Тем не менее, поправив наряд официантки, она подошла к тебе и с натянутой вежливостью сказала:
- Извините, но мы уже закрываемся.
- Ой, правда? А я и не заметила, как быстро пролетело время, пока я сюда шла, - невинно отозвалась ты, растянув губы в мягкой улыбке, отчего Киришима незаметно закатила глаза. - Тоука-чан, но ты ведь сделаешь мне скидку, как своей старой подруге? Я хотела бы сделать всего лишь один заказ, - ты захлопала пушистыми ресницами, пытаясь смягчить пыл девушки.
Тоука скривилась от того, как ты назвала её своей подругой, но, поняв, что ей так просто от тебя не избавиться, она выдохнула и вынужденно спросила:
- Что закажете?
- Мне, пожалуйста, в-о-о-он того высокого мужчину с бородкой, - указала ты взглядом на пепельноволосого гуля, переговаривающегося­ о чём-то с шефом. - Можно он обслужит меня? - в очередной раз невинно поинтересовалась твоя персона, состроив ангельское личико Тоуке.
Киришима цокнула про себя, раздражаясь твоим странным выходкам, но, в глубине души радуясь, что ты оставишь её в покое, она направилась к Йомо, передав тому через спину, что одна "вульгарная дамочка" запала на него и желает, чтобы он обслужил её. Ренджи тогда с недоумением повёл бровью, но без каких-либо слов и колебаний отправился к единственному посетителю. Спустя несколько часов, закончив делать домашнее задание, Тоука снова спустилась в кафе, желая попросить Йомо потренироваться с ней и Канеки. Какого же было её удивление, когда она заметила, как всегда сдержанный и невозмутимый мужчина растерянно болтает с твоей персоной, которая звонко смеялась в его компании, болтая о чём-то своём. Пожалуй, с того дня её неприязнь к твоей личности превратилась в откровенную ненависть. Её до ужаса раздражает тот факт, что твою плохую сторону видит только она, когда как другие снисходительно реагируют на твоё поведение, иногда даже посмеиваясь вместе с тобой над твоими шутками. А теперь ещё и Йомо, из-за которого ты стала всё чаще наведываться в "Антейку", погружая его в длительный и беззаботный разговор. "Да кто она такая?!" - со скрежетом в зубах произносит про себя Тоука, постепенно теряя терпение от этой ситуации. Однако, как бы серьёзно она не играла в детектива, ей не удалось раздобыть о тебе нужную информацию - ты так и осталась для неё загадкой. Ты хоть и замечаешь напряжённый взгляд Киришимы, но реагируешь на него со снисходительной улыбкой, уже не получая прежнего удовольствия от её бурной реакции. Кроме того, зная с уст Йомо о родственной связи с этой девушкой, ради него ты решишь больше не докучать девушке. И со временем синеволосая тоже успокоится на твой счёт, однако, стоя за буфетом, она по-прежнему будет сверлить вас с Ренджи, болтающих у одного из столиков, недоверчивым взглядом, втайне рассчитывая когда-нибудь узнать, кем вы приходитесь друг другу.

Нишики Нишио: пожалуй, он единственный из персонала "Антейку", кто поддерживает мнение Тоуки, что ты представляешь из себя будущего врага. А всё потому, что он сам стал жертвой твоих коварных шуток. Впрочем, даже такой сообразительный гуль, как он, ни за что бы не догадался о твоей истинной сущности, если бы ты сама не пожелала раскрыть себя. Ведь в первый день знакомства ты предстала перед ним скромной и неуклюжей студенткой-первокур­сницей, которая не знала, где находится её университет. Тогда ты торопливо бежала вперёд с опущенной головой, не разбирая дороги, и врезалась в грудь молодого человека, который, ухватив тебя за плечи, не позволил тебе упасть наземь. Ты подняла голову и, густо краснея, сердечно поблагодарила его за помощь, в целом создав себе ауру потерянной и крайне застенчивой девушки, отчаянно нуждающейся в опоре и поддержке. Нишики, несмотря на своё занятое сердце, поддался твоим чарам, на несколько минут задержав взгляд на твоём лице. "Нерасторопная дурочка, создающая, по всей видимости, сплошные проблемы. Но довольно миловидная. И... когда это птенцы-первокурсниц­ы стали обладать таким бюстом?", - заглядевшись на выпирающую из рубашки грудь, которая была едва прикрыта неряшливо застёгнутыми пуговицами, озадаченно подумал Нишики, почувствова лёгкое возбуждение от твоего откровенного вида.
- Так Вы мне поможете? - умоляюще спросила ты, невинно хлопая глазками, пытаясь растопить лёд в сердце Нишио, который ещё колебался в решении проводить тебя до университета.
- Ладно, так и быть, - несмотря на то, что Нишики посчитал это дело "геморройным", он с удручённым видом дал своё согласие. - А то ещё заблудишься и в первый же учебный день будешь отчислена. Сам когда-то был первокурсником.
- О, Вы такой добрый! Большое спасибо, Нишики-сан! - восторженно, словно ребёнок, ты пылко поблагодарила парня, кинувшись к нему в объятия, чуть ли не повиснув на его шее. Нишики воздержался от ответных прижиманий, однако не сумел скрыть пунцовые пятна на коже. А следом последовал и звонкий поцелуй в щёку, от которого гуль опешил.
- Нишики...? - Кими, желающая встретить своего парня после учёбы, приросла к земле при виде данной сцены.
- Чёрт, Кими, это не то, что ты думаешь! - поспешил оправдаться Нишио и, вырвавшись из твоих цепких рук, направился к девушке, пытаясь приобнять её.
Но Кими, у которой в глазах застыл тот поцелуй, не слышала того, что говорит ей парень. В горле пересохло, на глаза выступили слёзы, а в сердце что-то мучительно лопнуло.
- П-прости, что помешала... - напоследок бросила она с пустым взглядом и дрожащим голосом. Не выдержав обрушившейся на неё правды, она скинула с себя руки Нишио и, прикрыв заплаканное, опухшее лицо, помчалась прочь.
- Кими, постой! - крикнул кареглазый, надрывая голос, но девушка продолжала бежать, даже не обернувшись на него. - Чёрт! - рявкнул он, в гневе махнув кулаком по воздуху и пнув ногой ближайший камень с такой силой, что поднялась пыль.
Ты состроила виноватое лицо и, нерешительно подойдя ближе к шатену, осторожно промямлила:
- П-простите меня, пожалуйста. Я всего лишь хотела Вас поблагодарить... Какой же я ужасный человек! От меня одни неприятности! - горько простонала ты, задрав голову и по-детски завывая, будто норовясь вот-вот пуститься в слёзы.
- Эй, только ты ещё не начинай, - нервно оборвал тебя Нишио, не желая видеть ещё одни женские рыдания. Он хотел было ринуться за своей девушкой, но, увидев твою реакцию, в нём взыграла совесть. В конце концов он сам согласился помочь тебе и было бы грубо с его стороны оставлять тебя одну. Отрепетировав в голове будущую речь с извинениями и оправданиями перед Кими, он немного успокоился и настроил себя на более лучшие мысли. - Ты не виновата, это Кими не так всё поняла. В любом случае, мы с ней потом разберёмся, а сейчас я отведу тебя в твой университет.
- Хорошо. Ещё раз спасибо, Нишики-сан! - вытерев рукавом рубашки перламутровую влагу, сказала с цветущей улыбкой ты, последовав за парнем, который уже безразлично реагировал на твою любезность, будучи углублённым в собственные переживания из-за ссоры с Нишино.
Всю дорогу вы шли молча; Нишики, несмотря на спокойный вид, готов был рвать и метать от нетерпения увидеть Кими, а ты, видя его напряжённые черты лица, не решалась тревожить его покой. Когда вы дошли до места назначения, он повернулся к тебе лицом и, чуть смягчившись, сказал с безмятежной ухмылкой:
- Ну вот мы и пришли, первокурсница. Дорогу-то в кабинет найдёшь или совсем беспомощна?
- Найду, Нишики-сан, не беспокойтесь! - радостно улыбнулась ты. Убедившись в твоих словах, он на прощание махнул тебе рукой и, повернувшись спиной, побрёл в сторону своего дома, пропустив, как невинная гримаса слезла с твоего лица и на её месте появилась ехидная усмешка. - А Вы дойдёте ли сами до дома, Нишики-сан?
- Чего? - не поняв содержимое твоей фразы, озадаченно вопросил шатен, обернувшись к тебе лицом. Но то место, на котором доселе стояла твоя персона, уже пустовало. Пожав плечами, парень зашагал дальше, думая про себя о том, что ты вдобавок ещё и странная.
В тот день, когда он отошёл чуть подальше от университета, на него напали гули из другого района. Как выяснил позже Нишики, залатывая дома раны, ты оказалась с ними в сговоре. Находясь со всем 14-м районом, в котором ты обитаешь, в дружественных отношениях, ты от скуки решила помочь местным гулям, которые попросили тебя заманить в какое-нибудь место Нишио, чтобы свести с ним личные счёты. Тебе, одержимой зрелищами, не составило труда выследить парня и буквально скормить его другим гулям. Кими, узнавшая об этой трагедии, ринулась в дом Нишио, тут же извинившись перед ним и позаботясь о его ранах. Сам же парень с того дня возненавидел тебя и поклялся отомстить за то, что ты натворила. Однако удобного момента так и не нашлось; либо Кими, обеспокоенная здоровьем Нишики, останавливала его, либо он всё никак не мог наткнуться на тебя, ведь ты как сквозь землю провалилась после этого инцидента и ни один гуль не предоставлял информацию о тебе. В конце концов он смирился с твоим исчезновением и решил больше не возвращаться к тому злосчастному дню, даже ни разу не обмолвившись с персоналом "Антейку" словом о тебе. Но, когда ты уже сама пришла в кафе, он готов был взвыть разъярённым медведем. Нишики бы с радостью выпустил в тебя кагуне, если бы не Ренджи, который остановил его пыл достаточно "милой" болтовнёй с твоей персоной. А ты в тот момент, решив подразнить парня, с беззаботной улыбкой сказала ему:
- О, привет, Нишики-сан! Твои раны уже зажили? Это здорово! Прости меня за тот случай, ладно? Я была молода и глупа, но сейчас я мыслю совсем по-другому и осознаю свои ошибки. Ты ведь не злишься на меня, правда?
Такой наглости он ещё никогда не видел. И это глубоко врезалось в его сердце, отравив его чёрной и беспощадной ненавистью к тебе. Каждый раз, вспоминая о том, что он едва ли не поддался соблазну, променяв Кими на тебя, его колотит дрожью. А ведь тогда, когда он довёл тебя до здания, он на минуту призадумался о том, чтобы приударить за тобой, если ему не удастся помириться с Нишино. Теперь ему даже стыдно вспоминать о том, что он позволил этим мыслям всплыть наружу, а твою личность шатен отныне мечтает увидеть только в чертогах ада.

Хинами Фуэгучи: поначалу девочка относилась настороженно к тебе ввиду того, что говорили о тебе Тоука и Нишики. Но в силу своего юного возраста, в котором процветает наивность и доверчивость, она поддалась твоим чарам, когда ты с любезной улыбкой под неодобрительный взгляд Киришимы подарила ей кулон с изображением Лузера. Девочка ещё долго прыгала от радости, хвастаясь твоим подарком перед Тоукой, которая кривилась от твоей победной ухмылки, и сердечно благодарила тебя объятиями и тёплыми словами, назвав тебя ещё одной своей сестрёнкой. Тебе польстило такое внимание со стороны девчушки, а её детская радость от твоего подарка заставила тебя упрятать поглубже свою садистскую натуру, которая желала воспользоваться расположением Фуэгучи в своих корыстных целях. Наблюдая за ней, ты не можешь настроить себя на тёмные мысли; Хинами настолько искренняя, нежная и добродушная, что поневоле свет, исходящий от неё, греет и твоё местами чёрствое сердце. Поэтому, разрушая свои мрачные планы, ты спокойно присаживаешься за стол, на расстоянии и с какой-то блажённой улыбкой наблюдая за поведением девочки, которая притягивает к себе всех своей непосредственностью­. Иногда в твоей голове возникает мысль: "А почему я не могу быть такой? Люди находят меня привлекательной только тогда, когда я меняю маски. Кто же сможет полюбить меня настоящую? Может, мне стоит измениться в лучшую сторону...?". Даже Ута, зачастую сопровождающий тебя в "Антейку", приходит в изумление, замечая твой безмятежный взгляд, в котором непривычно не горят озорные искорки.
- Что это с тобой? У тебя такой взгляд, будто ты мечтаешь о чём-то романтическом - а это совсем на тебя непохоже, - заметил как-то масочник, сидя с тобой за одним столиком. - Должно быть, они подмешали что-то в кофе, - выразил вслух свои мысли Ута, разглядывая колыхающуюся жидкость внутри твоей чашки, которую он взял у тебя из-под носа.
Ты нервно рассмеялась на его замечание, разумом понимая, что на тебя действительно странно распространяется влияние Цветочной Девы.
- Да ничего, - безразлично отмахнулась ты, пытаясь улыбнуться кончиком губ. - Просто вдруг стало скучно.
Пожалуй, Хинами стала одной из немногих личностей, на кого не распространяется твоя чёрная сущность. Ты благосклонно относишься к девочке и, пропитавшись к ней искренней симпатией, будешь водить её на прогулки и делать незначительные подарки, которые Нишики и Тоука будут принимать за желание втереться в доверие всему персоналу через добродушную девочку, чтобы потом вонзить всем нож в спину, поэтому будут уговаривать её избавиться от твоих подарков. Хинами, к твоему счастью, не будет прислушиваться к своим друзьям и со слезами на глазах будет отстаивать твою доброту, прижимая к сердцу подаренные тобой безделушки.
- Сестрёнка, ты такая красивая, когда тебя украшают цветами, - как-то восторженно произнесёт шатенка, надев тебе на макушку венок из золотых одуванчиков, точно самодельную корону. А ты, поправляя с несдержанной, к твоему изумлению, улыбкой свой новый головной убор, ощутишь, как взор предательски покрывается туманной пеленой в присутствии этой личности, которая заставляет заново рождаться весну в твоём сердце своей трогательной беспечностью.

Рёко Фуэгучи: она спокойно относится к твоему общению со своей дочерью, хотя иногда и прислушивается к словам Нишики и Тоуки, которые не очень лестно о тебе отзываются, с некой настороженностью следя за твоим поведением. Но, не видя ничего подозрительного и опасного в твоих действиях, она тут же успокаивается, твердя на пару с дочерью, что молодые люди скорее всего ошиблись на твой счёт. Если Нишио тут же плюёт на это дело, говоря Киришиме, что это бесполезно, то девушка, трепетно относясь к семье Фуэгучи, продолжает упрямо настаивать на своём. Рёко пообещала ещё подумать о словах Тоуки, но сама, хоть и находясь в смятении чувств к тебе, больше склоняется к положительному мнению. Ей важно счастье своей дочери, а учитывая, что девочка после прогулки с тобой всегда приходит восторженная и с подарками в руках, она просто не может плохо о тебе думать и уж тем более запретить Хинами общаться с тобой.
- (Твоё имя), надеюсь, ты приглядишь за моей дочерью. Я доверяю тебе, как к хорошему человеку, - как-то умиротворённо сказала Рёко, нежно погладив тебя по плечу, из-за чего у тебя вырос ком в горле; давно тебя никто не называл хорошей.
- Эмм... Конечно, Рёко-сан, можете положиться на меня! - ты шутливо отдаёшь честь, получая обеззоруживающую улыбку безупречной женщины, и чувствуешь, как сердце ухает и падает вниз.
И только твой друг, всё время наблюдающий за трогательной сценой, возвращает тебя невозмутимой колкостью на землю: "Тебя записали в няньки, (Твоё имя)? Я бы тебе даже кошку не доверил".
- Заткнись, Ута, - шипишь ты себе под нос, до сих пор ощущая на себе эфемерное прикосновение Фуэгучи-старшей, которая пробудила в тебе одними неосторожными действиями давно забытую эмпатию, стёртую пылью жестокой жизни.

Ренджи Йомо: вы были знакомы ещё с раннего возраста, когда девушка только нашла тебя в развалинах сгоревшего дома. Рыжеволосая, обнимая тебя за плечи, привела тебя к неугамонному дуэту из Уты и самого Ренджи, желая приобщить тебя к своей компании.
- Ребятки, посмотрите, кого Итори-сама нашла! - с гордостью продемонстрировала свою находку девушку, легонько потреся тебя за плечи. - Это (Твоё имя)-чан, она сиротка, потерявшая свой дом. Я решила, что она будет в нашей компании, раз ей пока некуда идти. Так что прошу любить её и жаловать, иначе Итори-сама больше не будет вам помогать. А ещё лучш: не разрушайте при ней весь район, а то она у нас пугливая девочка, - причитала строго, словно мать, рыжеволосая, крепко обнимая твою персону, тем самым демонстрируя свои серьёзные намерения по поводу своей опеки над тобой.
Ренджи тогда не обратил на тебя особого внимания. Увидев твою зажатость и отстранённый взгляд, с которым ты обводила двух незнакомцев, пока барменша продолжала без умолку болтать, он только посочувствовал тебе. "Привязанность Итори - это не шутки", - мысленно сказал сам себе Йомо, не забывая о назойливости и болтливости девушки, которая может утомить кого угодно. С тех пор, как ты появилась в их компании, в жизни мужчины ничего не изменилось; он по-прежнему старался держаться обособленно от своих друзей, занимаясь своими делами, а ты продолжала держаться рядом с Итори, как преданная собачка, которую рыжеволосая зачастую водила за собой, куда ей вздумается. От того ваши встречи с Йомо были редки, а если они и случались, то лишь по инициативе девушки, которую звал Ута для привлечения внимания мужчин, куда она брала тебя с собой, порой заставляя и тебя участвовать в этом шоу. Возмущаясь, краснея и крича на подругу, ты всё же, чтобы хоть как-то наладить контакт с друзьями Итори, надевала вместе с ней откровенные наряды, без энтузиазма и со стыдливым видом выступая перед мужчинами, которых убивал масочник, пользуясь их отвлечённостью. Ренджи, наблюдая за вами на расстоянии, снова посочувствовал тебе, определив по виду, что ты совсем не создана для этого. "Что, они тоже заставили тебя вульгарно вырядиться?", - как-то спросил он у тебя, пока ты, стоя в стороне, ожидала, когда закончится беседа Уты и Итори, празднующих новый рекорд масочника по числу жертв, нервно и с отвращением теребя края своего короткого платья, которое ты мечтала поскорее снять. Смутившись, ты отпрыгнула от мужчины, стыдясь показаться перед ним в таком виде, и натянула ткань чуть ли не до колен, неловко промолчав и поджав губы. Йомо, посчитав тебя странной, спокойно прошёл мимо, оставив тебя одну, заставив облегчённо вздохнуть и одновременно разочароваться от его быстрого ухода. Если Итори и Ута почти всегда были вместе, то Йомо предпочитал держаться подальше от них, будто они вовсе и не являлись его лучшими друзьями, о чём на перебой твердили рыжеволосая и брюнет. После той неловкой ситуации ты прониклась любопытством к ним. Начав наблюдать за его одинокими посиделками на крыше, ты всё больше подмечала, что вы в чём-то похожи, что вселило тебе симпатию к нему, о которой ты раньше никогда не задумывалась, считая, что твоё сердце занято только рыжеволосой девушкой.
- Итори-чан, а почему Ренджи-кун постоянно сидит один? - как-то невзначай поинтересовалась ты у своей подруги, начав небольшое изучение его личности.
- Не обращай на него внимания, Рен-чан любит одиночество. Он всегда такой угрюмый и вечно погруженный в свои мысли и проблемы. Но я то знаю, что ему не достаёт общения. Он хоть и говорит, что мы надоедливы, но на самом деле жить без нас не может. Правда, никак не найдёт в себе силы побороть гордость, чтобы самому прийти и сказать, что он без нас скучает, - разочарованно вздохнула Итори, бросая косые взгляды на Йомо.
Тебе тогда показалось, что у вас действительно много общего: ты тоже любишь одиночество и в свободное время размышляешь о жизни, даже ваши отчуждённые взгляды были схожи, что заметила сама Итори. "Ну же, не будь такой букой, как Рен-чан!", - часто с ноткой капризности повторяла тебе она, растягивая твои щёки так, чтобы на твоих губах образовалась вынужденная улыбка. Всерьёз заинтересовавшись мужчиной и решив, что он один из немногих, кто тебя поймёт, ты как-то поборола в себе стеснение и поднялась на крышу, на которой он обычно проводил свои дни, желая познакомиться с ним поближе. Мужчина, сидя к тебе спиной, даже не обратил внимания на твоё присутствие, хотя отчётливо слышал приближающиеся шаги по шиферу.
- Красивая ночь, не правда ли? - не зная, с чего начать разговор, выпалила ты первую попавшуюся мысль, взглянув на ночное небо, полное сверкающих звёзд.
- Угу, - коротко и безэмоционально буркнул себе под нос Ренджи, даже не взглянув на тебя.
"Такой молчаливый и отстранённый... Прямо как и говорила Итори", - подумалось тебе. Из-за его краткого ответа ты немного растерялась, не зная, как продолжить натянутый диалог, если он так безразлично на всё реагирует.
- Тебя Итори случаем не потеряет? - превав тишину, спросил он.
- Да всё в порядке. Мне ведь тоже иногда нужен отдых от неё. Она очень хорошая, но иногда... её бывает слишком много, - сделав небольшую паузу, чтобы подобрать подходящее описание для неё, сказала ты со слабой ухмылкой.
- Она действительно очень болтлива и надоедлива и, как погляжу, повсюду бегает за тобой, как курица с яйцом. Здесь хорошее место, чтобы на время спрятаться от всех, - задумчиво сказал он, обвив взглядом здание, и кивнул головой, призывая тебя сесть рядом.
Покраснев, ты нерешительно подошла к нему и села неподалёку от мужчины. Между вами снова воцарилась тишина; Ренджи молчаливо смотрел на небо, будто считая каждый небесный бриллиант, а ты, в очередной раз не зная, как продолжить разговор, задумчиво смотрела вниз, болтая ногами, которые свисали с крыши.
- Как ты оказалась в том пожаре? - спустя несколько минут напряжённого молчания поинтересовался он.
- Я не очень люблю об этом вспоминать... - честно призналась ты на одном тяжёлом выдохе. На языке появилась горечь, будто ты снова оказалась в том доме, когда со всех сторон на тебя летел пепел и искры пламени. В груди что-то сжалось, из-за чего воздух в лёгкие стал поступать тяжелее. Подавив приступ удушения одним глубоким вдохом, ты сжала руки в кулаки, пытаясь настроить себя на разговор, который помог бы тебе сблизиться с Ренджи. - Следователи... это они всё сделали... Каким-то образом оин узнали, что мы с моим другом скрывались в том доме, и сожгли его до тла. Я не могла выбраться, потому что застряла. В приступе паники я сломала себе ногу и рухнула на землю, где потеряла сознание и проснулась уже в этих руинах. Я не знала, что они сделали с ним...
При упоминании о том случае ты внезапно замолкла, услышав в своей голове пронзительный крик своего погибшего товарища. Громогласное эхо отдалось внутри болезненной вибрацией, из-за чего ты зажмурила глаза и судорожно зашала ладонями уши. Детали прошлого зажигались перед глазами и тут же потухали, словно это была навязчивая галлюцинация. Но ты понимала, что это происходило в реальности, потому что в нос резко ударил тот самый едкий запах гари, от которого ты когда-то чуть не задохнулась, а в ушах зазвенел хруст горевших веток и сломанных костей после того, как ты силой вынула ногу из щели. Ренджи, заметивший мрачную тень, накрывшую твоё лицо, сочувствующе промолчал, больше не выпутывая из тебя слова.
- Знаешь, он был для меня всем... - вдруг, найдя в себе силы, с печальной улыбкой прошептала ты, прикрыв глаза, в которых скопилась влага. - Я никому не говорила об этом, но я была привязана к нему. И я очень жалею, что тогда послушалась его и осталась в доме. Он был таким добрым, скромным и заботливым юношей, вечно приносил мне еду и старался приспособить к общению с другими гулями... А я так и не помогла найти ему брата и даже не спасла его от того следователя... Я слишком доверяла ему... и моё доверие сгубило его...
- Я понимаю тебя, - внезапно оборвал твою речь Йомо сумрачным тоном, на что ты подняла голову, удивлённо покосившись на него. - У меня тоже был человек, который был для меня всем. По своей глупости я доверил её жизнь другому, потому что считал, что она также дорога ему, как и мне. Но он не уберёг её... Я виню не только его, но и себя, потому что не был рядом с ней. Возможно, если бы я не доверился ему, я бы смог всё исправить... - мрачно закончил Ренджи.
Несмотря на то, что ни один мускул не дрогнул на его лице, ты смогла распознать глубокую печаль утраты в его глазах. Пропитавшись к нему от